— Я должна повторять по два раза? Иди и приведи его! Сейчас же! — рявкнула Витилесса, и Мэлоди пришла в себя. На дрожащих ногах она побежала прочь из зала.
— Мои выводы о тебе будут зависеть от того, на каком вопросе это произойдёт.
— Я был в Альмуне в день атаки западников, — задумчиво начал Нирэйн. — Собственными глазами видел, что там происходило. Я вижу дальнейшее следующим образом: герцог Макз в течении лета и осени добивает разрозненные города центральной империи, а с наступлением зимы его придворный архимаг заваливает нас снегом по самые шпили. Весной он беспрепятственно откроет наши ворота, а оттуда хлынет вода вперемешку с нашими околевшими трупами. По крайней мере, именно таких шагов я жду в соответствии с первым впечатлением и от Макза, и от его советника. Для них это война на уничтожение. Никакого шанса на ассимиляцию, словно мы чёртовы гарпии.
— Есть и другой вариант, — отчеканила Витилесса. — Он потребует наших общих усилий, титаническую силу воли и решимость идти до конца. Но затраченные ресурсы восполнятся десятикратно, стоит нам отбить Альмун и вернуть себе Синномин.
— Я бы попросил обращаться «милорд граф», — Нирэйн мягко намекнул барону, что у того нет права выбора. — И не оспаривать приказы титулованной особы. Мы выступим в столицу через несколько дней.
— Да, — ответил он и пожал предложенную ладонь. — Но в следующий раз можем поговорить без психологического давления.
Летар хмуро глянул на собеседника.
— Желание сделать из своих детей будущих правителей империи может показаться не таким уж и безумным, пока не ознакомишься с методами. Психологические и физические пытки — это только шапка горы. Я не помню, я уже рассказывал, что меня обучали борьбе с магами?.. Если и да, то я вряд ли говорил, кого именно папенька заставлял представлять перед собой, пока я заламываю руки противника. Но ты можешь догадаться, имя начинается на М, заканчивается на элоди.
— Императора? Это Макз себя так величает?.. Когда тебя наняли?
— Как она? — осведомился Нирэйн, стоило ему вернуться к матери.
— Проверяю, есть ли у тебя некие ограничители. Черта, за которую ты не переступишь.
— Нет, — ответ прозвучал резко, как удар топора.
— Я тебя поставлю на место! Граф имеет право! — взревел Нирэйн и тут же в ужасе отстранился от Люциана, чьё лицо на мгновение дрогнуло. Губы его беззвучно повторили. — Граф.
— Но разве победа того не стоит?
«Стариков сложнее исцелять, и все они рано или поздно умирают по вине болезни», — задумался Летар. — «Если умирает каждый, то можно ли считать болезнь случайностью? Вряд ли. Но тогда я борюсь не со случайностью?»
— … хотя должен был бы обрадоваться, ведь ответственность за твои дерьмовые поступки перелегла на чужие руки.
— Люди императора… или архимага… не знаю, не уверен, — просипел наёмник.
«Я по глазам вижу, как ты хочешь начать разглагольствовать о силах провидца и безвыходности положения», — сказала она тогда. — «Но это ужасная стратегия. Нельзя убедить малодушных стариков словами о том, что выход всего один. Не получится продать им безысходность. Не получится продать им принятое за них решение».
— Тогда обрадую тебя, — Летар снова расслабился и пригубил вино, забыв про хватку на плече. — Если за месяц в моей компании ты этого не понял сам, глубоко внутри я всё ещё человек.
— Ты уговорил меня усадить мага-дегустатора прямо на выходе из кухни. Теперь усыпаешь стол непонятно чем. Какое ещё оскорбление попробуешь нанести нашим гостям?
— Ты подозрительно много печёшься о моральной стороне вопроса.
Витилесса склонилась над ухом остолбеневшей сестры и что-то шепнула. Та не двинулась с места, не осознав не только сказанного, но и происходящего в целом. Внутри ревели смешанные чувства.
— Зачем?
Хлопнула дверь и внутрь вбежал запыхавшийся гвардеец, таща за собой лекаря — толстого седовласого мужчину с отчётливым испугом на лице. Стоило им скрыться на кухне, как Нирэйн отошёл от своей жертвы.
— Его наняли в захваченной столице, — заметил Летар. — Я знаю, о ком он говорил. Киль… Негласный глава наёмных убийц.
Взбешённый Летар не поворачивался, игнорируя хватку Нирэйна на плече, хоть и очень хотелось хорошенько приложить дворянина.
— Должны, — нехотя ответил Летар, ощетинившись как загнанный волк. — Но не умеют. Тебе настолько принципиально, убивал ли я женщин и детей?
Летар вздрогнул и опасливо вытянул руку как можно дальше от тела.
— Бывали на моей памяти случаи значительно хуже, тут всё довольно просто и даже не потребуется долгое восстановление. Две недели максимум, — ответил целитель. — Или помощь нескольких целителей, тогда оправится к утру. Но не без последствий. И ближайшее время её не стоит волновать.
— Какой свежий взгляд на устаревшую политическую систему, — прошипел Нирэйн в неподдельном бешенстве. — В моих руках сейчас тысячи гвардейцев, находящихся в городе. Где ваши войска? Ах, в пути? Вот незадача. Выходит, реальная власть сейчас у меня. А знаете, что ещё более досадно? Раз наследование титулов всего лишь иллюзия, может, стоит сделать следующим бароном Белой реки своего приближённого, вовсе минуя такую глупость как ваши родственники? Как вам идея?