И вот сейчас, Джон, еле-еле сдерживал бушующую внутри него ярость. У него отобрали его любимую игрушку. Его Тиасель — будущую супругу, которую вначале Лидулас, а затем и он Джон, хранили исключительно для себя, вот только он, видел её исключительно как дорогую бутылку элитного виски. Которую приятно выдерживать, с томным наслаждением дожидаясь того момента, когда её можно будет вскрыть и насладиться незабываемым вкусом…
Нельзя сказать, чтобы это сильно сказалось на его характере, Джон и на Земле-то всегда был властолюбивым и довольно жестоким человеком, но там — ему приходилось тщательно скрывать это, прилежно выполняя свою роль бесперспективной пешки и, если надо — лебезить перед начальством, а здесь — над ним были только звёзды и боги. И всё это — благодаря погибшему от слабого удара мальчишке Лидуласу и тому положению которое занимала «Башня» его отца.
В любом случае, примерно год назад, Джон-Лидулас, решил для себя, что… старый он, всё же нравится ему больше, чем совсем уж несдержанный и самовлюблённый моральный урод, в которого он постепенно превращался. Тем более, что при всех своих недостатках, он таких типов ненавидел всей душой и если в прошлой жизни их дорожки пересекались, он всегда воображал, как разрядит свой наградной кольт, в голову подобной твари… хотя… никогда не решался достать оружие и нажать на спусковой крючок.
Место будущего Архонта, разделив его память, занял пришелец из другого мира по имени Джон Джей Маккли, бывший сержант американской морской пехоты, служивший на военной базе, расположенной на японском острове Окинава и погибший в результате пьяной драки с якудза, в одном из аборигенных баров.
Он, Таро в «первой», а Сауриал в «пятой», а потому даже в «Красном районе», во время занятий в «лекционных домах» и на тренировках, они практически не пересекались.
Впрочем — Герберт всё равно был доволен. Ему досталась мощная и идеально подобранная команда, где он выполнял важную и ответственную роль танка и одновременно лидера. Имелся сильный огненный маг — один из внуков самого проректора, умелый и ловкий Кенти — взломщик, разведчик и следопыт наделённый так же уймой других не менее полезных талантов. Двурукий мечник Дарид, способный превращаться в настоящий вихрь клинков и конечно же…
Причём среди почти двух десятка обнажённых и измученных женщин с пустыми и безразличными взглядами, многие из которых к тому же были беременны, я вдруг с удивлением узнал двух своих одногрупниц из «тридцать первой» факультета «Мемодри». Каждая из них, входила в другие «боевые звёзды» и естественно, что я видел этих юных гордячек сегодня утром.
— Да, конечно, Лидулас, — улыбнулся Патриах Тариваль и увидев его лицо Джон внутренне заледенел, поняв, что этот эльф теперь ему не союзник. — Я всегда рад видеть тебя в своей башне.
Фин-Фин и Вильен, проснулись примерно через два часа. Ещё какое-то время понадобилось на то, чтобы они окончательно пришли в себя, в то время как я, аккуратно ввёл их в курс дел. Эйдра же вновь прикинулась туго соображающим, улыбчивым «хлебушком» и на встревоженные расспросы подруги о том, не сотворил ли я с ней чего-нибудь, пока она была без сознания, только очень мило делала вид, что не понимает о чём собственно та говорит.
Естественно, что я не стал тыкать себя в грудь и каяться в своих ошибках как командира. Во-первых — подобное в этом мире было просто непринято и по большому счёту — случившееся с моими сопартийцами, произошло исключительно из-за их невнимательности и нерасторопности.
Я же просто сделал для себя в памяти засечку, в будущем, не выпускать народ из-под контроля. Правда, здесь главное не перебарщивать. Мы же всё-таки не в компьютерной игре какой-нибудь, чтобы постоянно ходить везде плотным строем, прикрывшись щитом и ощетинившись оружием.
— А… Та, девушка, которую представляли на церемонии, — кивнул я. — А чего так поздно…
Вот только… хоть у нас и работал уже во всю небольшой заводик и спрос был диким, мы искусственно ограничивали предложение, сохраняя пока за водкой статус «Элитного напитка» который подают вечерами к ужину на стол самой Императрицы и пьют чуть ли не напёрстками.
Мастер, молчавший всё это время, постоял ещё несколько минут, а затем повернувшись ко мне, порывисто обнял, так что у меня опять захрустели кости.
— И за тем и за другим, — улыбнулся я потирая помятые бока. — Как доехали то? Нормально всё?
Это было уже хоть что-то, конечно впереди были ещё долгие часы отработки, внесение изменений и правок, но общий абрис тактики для данного малого отряда, в общем-то вырисовывался.
«Коридорную атакующую» — когда двигающийся первым рыцарь вставал на колено, Маер возвращался ему за спину, и мы открывали «шквальный огонь», после чего, если кто добегал, его принимал Вильн, а мы пропускали вперёд Фин-Фин, и, если хватало места присоединялся я со штыком.
— Это ещё зачем? — удивилась пиратка, которой так и не удалось чмокнуть Эйду.
Так что стоило подождать, получше присмотреться к этим людям и только после этого — принимать решение.
— Эрунвиэль, так кто говорит об «одной группе». Просто поставь перед всеми студентами задачу — не «быстро» пройти эту практику… как постулируется сейчас. А «вынести максимальное количество аба’разов-ингредиентов»! — улыбнулся я. — Всё равно никто из нас не будет первым! Это раз! А во-вторых, практика рассчитана на месяц — так на кой леший нужна эта безумная гонка с кучей смертей за одним единственным призом. Прямо как ослики за морковкой!
— Я говорю — хочу сделать ручной «гранатомёт»! — улыбнулся я. — Уж не знаю насколько он в «хозяйстве» полезен будет, но наши кавалергарды — точно оценят!
«Интересующий вас гоблин, родился…»
— Так! — встрепенулся я. — И т, о и то — засекретить! И…
— И это — наш пример для подражания! — покачал я головой, усаживаясь в кресло, напротив.
Основная проблема, заключалась в том, что каждый, в том числе и я, был по большому счёту ориентирован на одиночные действия и сражался в соответствии со своей собственной тактикой значительно теряя в эффективности при необходимости координировать свои действия с другими членами группы.
Самодвижущаяся повозка, пыхнув и отправив в тёмное звёздное небо облако белого пара и тихо тарахтя укатила прочь.
Как бы то ни было, а к этому моменту, я более-менее пришёл в кондицию. Даже успел размяться по сокращённой программе, а потому проведя небольшое собрание моей «боевой звезды», мы под заинтересованными взглядами примчавшегося на утренние занятия Герберта, задумчивой Анутанетты, как обычно внешне бесстрастного Сабера и необычайно бодрой и жизнерадостной сегодня Тиасель, приступили к «учениям».
Во-вторых, же, меня бы просто не поняли, но прекрасно осознали бы, что «если извиняется — значит виноват!», а потому ни о каком уважении в будущем не могло быть и речи.
«Умный человек не доверяет ровным счётом никому!» — это он поймёт, потому как сам такой. Вот только сам начнёт копать, внедрять агентов, помимо тех трех, которые уже у нас под колпаком, а то и вовсе попытается перехватить власть в усиленной нами «СБ Гильдии» и наладить прямое поступление свежей информации на свой стол.
— Вот почему ты — не дворф! — проскрипел он, а затем отпустив, побрёл к своему столу.