выпуска к выпуску, то ли виной тому — старики каптенармусы. Так или иначе, но прозвища эти были
по точности воистину артиллерийскими, не в бровь, а в глаз...
Самыми любимыми преподавателями были Тактик и Артиллерист. Майор, преподающий тактику,
любил блеснуть своим знанием истории и эрудицией и, очевидно, потому звался Ортодоксом. Он
очень следил за своей внешностью и был по-офицерски элегантен. Однажды Виктор на его занятии
вызвался определить по карте координаты условного противника. В ответ услышал его грассирующий
голос:
— Побойтесь бога, друг мой! Ведь огел не ловит мух. Расскажите-ка лучше нам о погядке
гасположения дивизиона в случае пгогыва двух взводов вгажеских танков.
От него они услышали и такую, сказанную к подходящему случаю, историческую справку из
Петровского решпекта о параде: "...а сзади идут каптенармусы, лекаря, костоправы и прочая
нестроевая сволочь..." — Что касается меня, — сказал, улыбаясь, майор, — то я на месте Его
импегатогского величества заменил бы последнее слово более лояльным — "Гать" (Рать).
Часто он повторял им слова Максима Горького о том, что талант — это вера в свои силы. — В бою
это особенно важно, — говаривал он. Они любили его уроки и в классах, и в поле.
Артподготовку преподавал им майор с мушкетерскими усиками и бородкой по прозвищу Арамис.
Выражаться он любил высоким штилем":
— Артиллерия — это математика, баллистика, техника! Артиллерист должен иметь точный глаз
художника и острый слух композитора. Он должен метко разить врага и по слуху определять мелодию
сражения. А слуховой эффект массированной артподготовки, когда на километр по фронту бьют сто-
двести орудий! Это же Бетховен! А вспомните артиллериста Наполеона! Его залп по Тулону спас
революционный Париж! Это же апофеоз артиллерийской науки побеждать!
Будучи урожденным ленинградцем, он очень любил свой город и прекрасно знал его историю.
Однажды он сказал:
— А знаете ли вы, товарищи курсанты; что Великая Октябрьская революция тоже началась с
артиллерии. Да, да! Именно так! Двадцать пятого октября семнадцатого года в двадцать один час
сорок пять минут по приказу Военно-Революционного Комитета канонир по фамилии Смолин
произвел холостой выстрел с Катерининского бастиона Петропавловской крепости. Это был
условный сигнал. Вслед за ним последовал второй выстрел из шестидюймовки "Авроры ", который
был уже сигналом к штурму Зимнего.