Но он быстро рассчитал данные и доложил: "Готово". Капитан мельком глянул в его блокнот и
приказал телефонистке:
— Передавай команду лейтенанта, — а сам приник к биноклю. Телефонистка вызвала "Ромашку".
Виктор скомандовал:
— Батарея к бою!
Назвал угломер, прицел, потом взглянул на капитана. Он кивнул головой. И Виктор скомандовал:
— Первому орудию, огонь!
Через несколько секунд где-то рядом справа над ними прошелестел снаряд. В окуляры
стереотрубы Виктор увидел, как за посадкой взвился фонтан земли. "Перелет". Немцы залегли.
Виктор внес поправку на отклонение и уменьшил прицел. Следующий снаряд разорвался перед
посадкой. "Порядок, вилка", — подумал он. И опять вопросительно посмотрел на капитана:
— Давай! — кивнул он головой. Виктор скомандовал: три снаряда беглый огонь! — Ему
показалось, что над ними прожужжали три огромных шмеля. Их звук быстро погас, а в посадке
выросли три разрыва.
— Стой! — негромко приказал капитан, — записать: цель — посадка! — Телефонистка передала
его команду на батарею. — А фрицы-то заметались, — улыбнулся капитан. — Молодец!
Трудно передать состояние Виктора. Ведь он запросто достал врага на расстоянии двух
километров. Он словно бил его своими кулаками по скулам! В те мгновенья Виктор испытывал
чувство величайшего удовлетворения. Такого момента он ожидал с первого дня войны.
Капитан подошел к телефонистке, взял у нее трубку и назвал позывные.
— Видел? — спросил он. — Принимаем в компанию, говоришь?
Капитан улыбнулся и посмотрел на Виктора.
— Ну добре! А сейчас я его отправлю на твое хозяйство, пусть примет баньку, отоспится с дороги,
а завтра — к тебе на НП. Он положил трубку:
— Слыхал?
В душе Виктор ликовал, но, сдерживая свои чувства, ответил строго по уставу:
— "Так точно, товарищ гвардии капитан!".
Огневая позиция батареи была у села Желтое. Село называлось так, очевидно, из-за больших
желтых песчаных отмелей на Северском Донце, который был здесь узкий и мелкий. На батарее
лейтенанта Дружинина уже ждали. Он познакомился с командирами взводов. Они построили личный