Карандаш в его руке весело шуршал по бумаге, формы постепенно обретали свои очертания – круги, овалы и цилиндры превращались в лица, туловища, руки и ноги.
Кривые обозначали следы крови…
Да, да, это было хорошо, это было приятно.
Дыхание Рекса участилось. Лицо начинало гореть. Сердце колотилось все сильнее, и этот стук уже отдавался в голове. Возможно, ему не следовало так увлекаться, но теперь было уже все равно. Кровь, боль и смерть заводили его, и нынче он понял, почему мальчишки в школе постоянно болтали о порнухе.
Возникали все новые и новые линии. Рекс взял цветной карандаш. Вот появилась рука, отрубленная рука Алекса, вся забрызганная кровью. Рекс рисовал правой рукой. Левая рука опустилась вниз, расстегнула молнию на ширинке и скользнула внутрь…
Это будет его лучший рисунок. Лучший…
Время словно растворилось, исчезло. Рекс видел перед собой только линии и формы, линии и формы…
Дверь его спальни с грохотом открылась, нарушив эту приятную тишину.
Вскинув голову, Рекс оглянулся.
Там стояла Роберта. Женщина уже держала в руке ремень. Нахмурившись, она не сводила с него сердитых глаз. Рекс опустил глаза: у него в руке был маленький, но уже набухший член…
О нет!
– Меня вызвали в школу, – сквозь зубы проговорила Роберта.
Она зашла в его комнату, захлопнув за собой дверь.
Рекс оказался в ловушке.
– Мне сказали, что ты снова пропустил уроки. Я пришла сюда проучить тебя, и что же я вижу? Я вижу, что ты опять занимаешься этой гадостью! Мерзкий, противный, несносный мальчишка!
– Но, мама, я…
– Не смей называть меня мамой! Ты не мой сын, мерзкая тварь!
Рекс опустил голову и начал быстро застегивать штаны, когда вдруг услышал треск и почувствовал, как обожгло левую щеку. От неожиданности он затаил дыхание и осторожно потрогал щеку. Ему стало больно.
– Конечно! – сказала Роберта, покручивая ремнем в руке. – Сейчас я тебя проучу, грязный недоносок!
Ремень снова со свистом рассек воздух. Рекс нагнулся, но споткнулся о табурет. Опрокинув табурет, он упал и стукнулся затылком о пол.
– Грешник несчастный! Сейчас ты у меня получишь! Вот тебе!
Он попытался встать. Его руки и ноги сделались ватными.
Удар ремня пришелся ему по лбу, потом по носу; он инстинктивно закрыл лицо руками.
– Мерзкий мальчишка!
Сильно обожгло плечо – так сильно, что он даже вскрикнул.
– Противный!
Схватив перевернутый табурет, Рекс попробовал с его помощью подняться на ноги.
В этот момент ремень ударил по спине.
– Я сейчас проучу тебя, никчемный…
Он встал и резко повернулся, причем так быстро, что сразу даже и не понял, что наделал. Раздался звук, похожий на удар летучей мыши о мяч, а потом Рекс услышал, как что-то рухнуло на пол.