Может, она и права. Это могут быть всего лишь глюки техники. Наверно, на сайт писало столько людей, что он просто сломался. Хотя такие вещи случаются только, когда умирают знаменитости и народ сходит с ума, отправляя сообщения о том, как сильно они любили того, с кем ни разу не встречались.
Интересно, сколько будет посещений на сайте Дирка — я на него заходила часа в четыре утра — если он умрет. Возможно, больше, чем на папином. Если бы папа был киноактером, а не инженером, на его мемориальном сайте определенно было бы больше посещений.
А маму, возможно, уже не интересовал бы никто другой.
— Ты тут, милаш?
— Да, извини, Вики.
— Скучаешь по папаше?
— Да. А ты скучаешь по Тревису?
— Каждый день. Каждый день. Но у нас все будет в порядке, сладкая, просто помни это. Даже, если ты чувствуешь, что движешься назад, время все равно движется вперед, и оно лечит все.
Я слышу, что в ее доме есть люди — кто-то громыхает кастрюлями и сковородками.
— Мне нужно поправить рога и быть милой с моими гостями. А ты сейчас устроишь вам с мамашей хорошее Рождество, ладно? И помни, что она тоже скучает по папаше. Благослови тебя Бог, милая.
К тому времени, когда я кладу трубку, я уже не могу встать с постели. Я лежу, слушаю, как внизу играют рождественские песни, вилки стучат по тарелкам с десертами, а Питер говорит по телефону в своей комнате — наверно, рассказывает Аманде, какие мы с мамой идиотки. Дирк что-то говорит, и Холли с Робертом смеются, но я не слышу маму. Пытаюсь представить, как она строит хорошую мину при плохой игре и развлекает гостей, а сама, возможно, умирает от смущения из–за того, что ни один из ее детей не соизволил спуститься к десерту.
По–взрослому и по–рождественски было бы спуститься вниз и помочь ей — развлекать всех и каждого, убирать со стола, мыть посуду после того, как все разойдутся.
Вот чего хотел бы от меня папа — даже, если она влюбилась в другого парня.
Это была моя последняя мысль перед тем, как глаза закрылись без моего разрешения.
***
Я просыпаюсь и вздрагиваю.
Я забыла позвонить Джейми.
Хватаю телефон. 2 часа ночи. Звонить слишком поздно.
Но это экстренный случай.
Я отправлю сообщение. Пишу: «Мэтт звонил Трейси. Он знает, что это Конрад». Палец зависает над кнопкой «Отправить», а потом нажимает на нее.
Около минуты я смотрю на телефон на случай, если что-то произойдет. Когда ничего не происходит, я на цыпочках иду в ванную почистить зубы и избавиться от вкуса рождественского-ужина-который-прошел-неудачно. Я почти справляюсь с этой задачей, когда слышу сигнал телефона.
Бегом возвращаюсь в комнату, изо рта вытекает пена от пасты и капает мне на футболку.
Он ответил: «Не спишь?»
«Вроде, нет», — пишу я в ответ.
«Я могу приехать?» — спрашивает он.
Опять все сначала.
Смотрю на телефон — убедиться, что я не ошиблась, посмотрев на время.
Не ошиблась. Сейчас 2:13.
«На улице?» — пишет он, не дождавшись ответа.
«Задняя дверь», — отправляю я.