Он гордо вскинул подбородок и посмотрел на Древа даже с некоторым вызовом. Тот быстро бросил взгляд на дверь и опустил глаза. Гарри понял, что капитан очень не хочет возвращаться в Замок, где каждый встречный гриффиндорец наверняка будет его упрекать в проигрыше команды. И для этого ему сгодится любой предлог.
— Ла-адно.
Оливер нарочито неторопливо встал со скамейки:
— Бери метлу и пошли на площадку. Я принесу мячи.
…Гарри так соскучился по полётам, что согласен был летать даже на не самой лучшей школьной метле. А обычные тренировочные мячики, похожие на магловские теннисные, которые бросал ему Древ сначала равнодушно, но потом всё более увлекаясь, словно сами летели ему в руки. Наконец, впечатлённый капитан рискнул выпустить настоящий снитч. Дурсли понимал, что сейчас очень многое решается в его дальнейшей жизни в этом чужом, неудобном и недружественном к нему Хогвартсе. Он взлетел над площадкой, завис примерно посередине и внимательно осматривался в поисках золотистой искры. Конечно, его теперешнее волнение не сравнить было с азартом во время матчей, да и других игроков, которые могли бы помешать, вокруг не было. Но он должен был доказать, что он достойный сын Джеймса Поттера и в этом мире. Он должен придать этим уверенность самому себе.
Наконец, Гарри заметил, что снитч висит возле одного из колец на дальней стороне площадки. Он развернулся и понёсся туда. Да, школьная метла «Чистомёт-5» ни в какое сравнение не шла с его верной «Кометой»! Неповоротливый, он всё время норовил отклониться вниз и влево. О послушании Кометы малейшему движению седока можно было даже не вспоминать. И тем не менее, Гарри успешно догнал и поймал крылатый мячик.
— Вот! — торжествующе сказал он, протягивая трофей капитану. Тот осторожно высвободил снитч из его кулака и уложил на место в сундук. Заперев замки, Оливер внимательно посмотрел на Гарри. Он был явно впечатлён.
— Ну, что ж, — еле разлепил он пересохшие губы, — приходи завтра на тренировку, Гарри Дурсли. Я беру тебя в команду. В матче с Пуффендуем будешь играть ты.
Гарри был так счастлив, что едва не набросился на Древа с объятиями и поцелуями. Вместо этого он кивнул и убежал. Сначала он поставил метлу на стойку и даже тихонько поблагодарил её. А затем степенным шагом, с загадочной улыбкой на лице вернулся в расположение своего факультета.
========== Разгромный счёт ==========
Гарри долго ворочался в кровати, боясь проспать завтрашнюю тренировку. И заснул уже очень поздно и очень крепко. Вдруг его словно что-то толкнуло, он вздрогнул и вскочил в постели, ошалело вертя головой. В спальне было темно, как и за окнами, но мальчик слышал, что кто-то осторожно, стараясь не шуметь, передвигается по комнате. Он быстро сообразил, что это Рональд собирается на тренировку, и злорадно ухмыльнулся. Дождавшись, пока Уизли уйдёт из спальни, Гарри моментально оделся в приготовленную с вечера на постели одежду и так же тихо выскользнул на лестницу.
Дурсли не мог идти так же быстро, как длинноногий Рон, поэтому явился на площадку, когда вся команда переоделась и уже выстроилась на поле. Все зевали и ёжились на холодном осеннем ветру. Древ прохаживался перед ними и поглядывал на часы. Заметив Гарри, он кивнул ему и, как ни в чём ни бывало, сказал: «Бери метлу и живо в строй». Тот прикусил губу, чтобы не смеяться, быстро сбегал за метлой и встал на левом фланге, горделиво выпрямившись во весь свой невеликий рост. Все остальные вытаращились на него, а потом одновременно перевели взгляды на капитана.
— Это ещё кто и зачем? — вымолвила нападающий Анджелина Джонсон.
— Это наш новый ловец, — не скрывая довольного тона, ответил Древ. — Гарри Дурсли. Прошу любить и жаловать. А ты, Рональд, побудешь пока запасным.
Вышибалы Фред и Джордж переглянулись и одинаково нахмурились. Они уже давно не видели такую довольную физиономию Оливера и догадались, что это неспроста. Поэтому близнецы, никогда не упускавшие возможность высказаться, на этот раз смолчали. К тому же, интересы команды для них всегда были выше, чем расстройство младшего братишки. А сказать, что Рон был расстроен, значило — ничего не сказать. Он отступил назад и мгновенно покраснел. Гарри даже стало немножко стыдно, что ему нравилась такая реакция бывшего ловца. Он опять прикусил губу и пристально смотрел, как Уизли-младший впился взглядом в капитана команды и силился хоть что-то сказать. Лицо же Древа казалось суровым и неумолимым. Рон медленно бледнел, губы его тряслись, он даже не моргал, потому что глаза наполнились слезами. Очень медленно рыжий мальчишка в квиддичной форме положил метлу на землю и, свесив голову, ссутулившись, побрёл к скамейкам трибун.
Гарри вместе с остальными проводил его взглядом, а потом отвернулся, уже не пряча улыбку. Он быстро прикинул, что метла Рона, хоть и тоже школьная, была всё-таки получше, чем та, которую он держал, поднял её и вопросительно посмотрел на Древа. Оливер подошёл к нему, оценивающе оглядел обе метлы, что-то прикинул в уме, кивнул и сказал: «Ладно, летай пока на роновой метле, а если заслужишь — будет тебе сюрприз». Гарри в тот момент был так рад и доволен, что не обратил внимания на его обещание. Он быстро сбегал и убрал «лишнюю» метлу.
…И тренировка наконец-то началась. Стоило только Гарри взмыть в воздух, как все остальные переживания исчезли из его мыслей, потеряв свою важность. Как всегда. Он больше не думал о том, что сразил Рона чуть не насмерть, ударив в самое чувствительное место. Он вообще ни о чём больше не думал, кроме того, как бы показать себя с наилучшей стороны. И это ему удалось. Под конец тренировки уже и все остальные игроки были согласны с капитаном: Гарри Дурсли — ловец не хуже Рональда Уизли, а может даже и лучше. И это стало заметно по изменившемуся к Гарри отношению. Девушки-нападающие улыбались ему и называли по имени, вышибалы одобрительно (но всё же крепче, чем хотелось бы мальчику) хлопали его по плечам и хмыкали. Идя к раздевалке, Гарри ещё раз глянул на Рона и опять не удержался от злорадной ухмылки, увидев расстроенную его физиономию. Весь день на уроках Дурсли то и дело косился на Уизли и продолжал упиваться его несчастным видом. Но к концу дня мальчик понял, что насладился местью сполна.
После ужина Гарри оттащил Рона из толпы гриффиндорцев за руку в сторонку.
— Ну? — хмуро вопросил Уизли. — Чего ещё тебе надо, Дурсли?
— Послушай, Рональд… Ты извини меня, — придав лицу сокрушённое выражение, вымолвил Гарри. — Я ведь не знал, что ты так расстроишься. Я хотел как лучше для факультета…
Рон долго, испытующе всматривался в его лицо. Никакого злорадства больше не светилось в ярко-зелёных глазах за стёклами очков. По крайней мере, Гарри на это очень надеялся.
— Да ладно, — выдохнул Уизли, — проехали. Ты… Ты и вправду летаешь лучше меня. Древ на тебя так надеется… Но только попробуй, Гарри, не словить снитч в следующей игре! Тогда тебя от гнева всей команды ничто не спасёт.
— Я понимаю, — признался тот.
— А скажи-ка, как ты сумел так наловчиться летать? Ведь ты ж маглорожденный. На первом курсе у тебя на уроках полётов вообще ничего не получалось.
— Э-ээ… Я… Я это… Я сам тренировался. Попросил мадам Хуч разрешить мне летать поздно ночью. И летал, пока все спали.
— Да? — недоверчиво почесал в затылке Рон. — Вот не замечал…
Он уставился на Гарри опять с тем же выражением лица, словно хотел что-то вспомнить, но не мог понять, что именно. И тут Дурсли пришла в голову ещё одна идея…
— Слушай, Рональд… А ты не мог бы мне помочь?
— Я? И чем же?
— Потренируй меня. Летать-то я вроде умею, немножко…