Зейн закрывает глаза и включает воду, вспоминая об экономии горячей воды, о которой говорил ему Лиам. Холодная вода не так приятна, но это в любом случае душ, так что он не жалуется.
– Несколько, – отвечает он, припоминая, о чем заговорил Лиам минуту назад.
– Они классные, – непринужденно заявляет Лиам, заставляя Зейна чувствовать себя еще более неудобно. Почему они разговаривают? Почему?
– Спасибо, – не зная, что еще сказать, благодарит Зейн. Он выключает кран и оборачивает полотенце вокруг талии, присоединяясь к Лиаму. Вытирается и натягивает свою одежду, дожидаясь, когда Лиам тоже оденется.
– Ну, думаю, ты готов встретиться с толпой, – ухмыляется ему Лиам.
– Нет, – откровенно признается Зейн.
– Все будет в порядке, – Лиам хмурится и потирает шею. – Обещаю. Ведь тебе удалось заполучить на свою сторону Луи меньше, чем за два дня. А это, скажу тебе, подвиг.
С волос Зейна все еще капает, и он нетерпеливо откидывает их со лба, пытаясь разобраться в собственных мыслях.
– Ты же понимаешь, – глубоко вздыхает он, пытаясь удержаться на ногах, – это просто… я был сам по себе слишком долго, Лиам. Я отвык от людей… Я просто… я не…
Лиам наклоняет голову вбок и замолкает на какое-то время.
– Мне жаль, если это слишком сложно для тебя, – голос Лиама звучит мягко, успокаивающе. – Но ты же знаешь, что здесь ты в безопасности, да? Мы… мы хорошие люди.
– Знаю, – Зейн честен и в этом. Он не может быть уверен во всех остальных, но точно знает это про Лиама.
Лиам снова усмехается и вытаскивает наручники, но вместо того, чтобы защелкнуть их за спиной Зейна, он сковывает его руки спереди. Зейн хмурится, но не спрашивает причины, он просто чувствует, что Лиам все равно не ответит.
– Ты здесь был вчера, думаю, – когда пройдя с Зейном по коридорам, он приводит его в комнату, где Лиама зашивали на столе.
– Да, – Зейн отводит глаза от стола, на котором вчера был раненый Лиам. Он не знает почему, он просто делает это.
– Сейчас здесь никого, потому что все, вроде как, заняты, – объясняет Лиам. – Не то чтобы здесь есть особо важные дела, но всякое случается. В основном, все зависают здесь, когда им нечем заняться. А иногда собираются во внутреннем дворике в хорошую погоду.
Зейн кивает, прислушиваясь к нему, и следует за Лиамом дальше, идя в сторону другого тюремного блока.
– Если дела пойдут хорошо, – начинает Лиам, не открывая дверь, – то ты сможешь переехать в одну из комнат здесь.
Зейн делает вдох и открывает рот.
– Лиам, я не планирую оставаться, ты же понимаешь?
– Что? – сдвигая брови, оборачивается к нему тот.
– Я имею в виду, что, как только ты поверишь в то, что я не принесу вам вреда, я уйду, – нерешительно переступает с ноги на ногу Зейн.
Лиам продолжает хмуриться, глядя на него, и вчерашний ледяной взгляд возвращается. Он не такой замораживающий, но все равно пугающий.
– Ну, тебе все равно еще нельзя уходить, – холодным тоном отрезает он. – Мы не можем рисковать, что ты тайком проберешься обратно и захватишь это место.
– В одиночку? – приподнимает брови Зейн.
– Это мера предосторожности, – прищуривается Лиам. – Ты говоришь, что у тебя нет своей группы, но не все верят этому. Это не первый раз, когда другая группа пыталась забрать то, что принадлежит нам.
– Здесь? Правда? – удивляется Зейн.
– Нет, – Лиам отворачивается от него и отступает к другой стороне комнаты. – Другое место. Нам пришлось переехать. Там не… мы не могли там оставаться.
Зейн следует за ним на один шаг позади, Лиам открывает еще одну дверь, и они оказываются в новом для него коридоре. Все остальные коридоры темные и сырые, но этот кажется не таким.
– Это прачечная, – останавливается Лиам перед второй дверью справа.