— Если бы ты была кундалианкой, — сухо продолжал Олннн, — то, без сомнений, давно была бы мертва.
Послышалось тоненькое мяуканье и звук мягких лап, но адмирал не обернулся. Из раскрытой двери неожиданно донесся тошнотворный сладковатый запах болезни.
— Напомни, чтобы я приказал снести эти гнойные трущобы.
— Да, звезд-адмирал, — сухо ответила Рада. — Вот вам и ответ.
— Да, это мой ответ. Я кхагггун.
— Нашли, чем гордиться!
— Послушай! — Он приблизил к ней лицо. — Немало моих товарищей погибло ради спасения таких, как ты, и всей нашей цивилизации. Сколько их погибло? Столько, что я потерял им счет. Но во сне я вижу их всех. Они приходят ко мне, гордые тем, что совершили. Именно их гордость и героизм уберегли нас от центофеннни.
Они смотрели в глаза друг другу. Ненависть постепенно растаяла, и на ее месте возникло иное чувство. Олннн был так удивлен, что отступил на шаг.
— Сюда! — позвала Рада. Ее голос огрубел от переживаемых эмоций.
Рада повела Олннна в комнату в самом конце коридора. Освещенная неярким светом лампы, она казалась менее сырой и вонючей, чем остальные. Уличный свет проникал сквозь вентиляционную шахту и оконце, прорубленное высоко в полусгнившей стене. В комнате горела всего одна лампа из тщательно начищенной бронзы. Высокая, с длинным носиком, она наверняка была наполнена ароматным маслом, потому что ясно ощущался сильный запах пряностей. В ее неярком свете Олннн увидел, что в комнате нет ни грязи, ни мусора. На каменном полу лежал небольшой коврик, в центре которого сидела крошечная, худая до истощения фигурка, которая явно принадлежала лицу мужского пола.
Олннн разглядывал фигурку с плохо скрытым отвращением.
— Мне нужна колдунья, — проговорил он. — Не знаешь, где здесь можно…
— Рада, — подала голос фигурка, — зачем ты привела сюда эту машину смерти?
— Прости, Сагиира. У меня не было выбора.
— Выбор есть всегда, дитя мое.
— Довольно! — шагнул вперед Олннн. — Старик, тебе не поздоровится, если немедленно не приведешь сюда колдунью.
— Мне уже не поздоровилось. — Сагиира поднял руку, такую тонкую, что она вполне могла принадлежать мумии. — Ты коснулся одной из Священных Книг Миины. — Сагиира держал голову под таким углом, что Олннн не мог видеть его глаз. — Как твоя нога, машина смерти?
Олннн тут же коснулся заколдованного бедра.
— О чем это ты?
Однако он и сам знал ответ. В пустых костях постоянно чувствовалось какое-то шипение. А началось все в тот самый момент, когда его пальцы коснулись страницы одной из книг на трапезном столе в монастыре Теплого Течения.
— Зачем спрашивать, если ты и сам все знаешь?
Олннн взглянул на Раду.
— Я сделала то, что ты просил, — тихо сказал она. — Он единственный колдун, которого я знаю.
— Но ведь он мужского пола, — запротестовал Олннн. — Мужчин-колдунов не бывает!
Сагиира покачал головой.
— Откуда тебе знать, машина смерти?
— Не зови меня так! — рявкнул Олннн.
— Но ведь ты и есть машина смерти!
Порывшись в рюкзаке, Олннн вытащил книгу. Сагиира потянулся за ней, свет лампы на секунду озарил его лицо, и адмирал увидел, что старик слепой. Казалось, зрачки вырвали из глазниц.
— Ты родился слепым? — не сдержавшись, спросил Олннн.