Тзелос!
Джийан видела шесть пар глаз, чувствовала леденящий холод. Никогда раньше она не видела Тзелоса — да и других демонов, коли на то пошло. Да и откуда? Миина заключила их всех в Бездне вечность назад. Ничто не в силах открыть колдовские Врата, которые заперла Сама Великая Богиня. Как мог?..
Нантера!
Нантера на мгновение открыла Врата в Бездну. Это был единственный способ перенести живой дух в умирающее тело. Обряд Нантеры проводили с предосторожностями, гарантирующими, что ничто с другой стороны не сможет проникнуть в этот мир. И однако из темноты пещеры на Джийан смотрел Тзелос. Она бы поручилась за это жизнью.
А потом ее словно ударило. Она сама выпустила демона из Бездны, когда нарушила круг Нантеры в последней отчаянной попытке спасти сына. Никто не представлял себе последствий этого нарушения, но она с самого начала подозревала, что коконы у нее на руках были прямым результатом произошедшего. Как и Тзелос.
Движение в темноте прервало ее мысли. Тени приобрели дополнительный объем, словно стали водяными. Что-то колыхалось и журчало, то раздуваясь, то опадая. Неожиданно это что-то сжалось, и Джийан едва не вырвало от вони гниющей плоти.
Он появился, и темнота стягивалась к нему, как вода несется к водостоку. Двенадцать красных глаз смотрели на нее. Отвратительное насекомоподобное рыло было непроницаемо. Кривые жвала открылись, как врата в саму Бездну.
Из пасти донеслось свирепое щелканье.
Я пришел за тобой.
—Не подходи. Я не имею к тебе никакого отношения.
У тебя нет выбора. Ты отмечена.Он приблизился. Я заберу тебя.
Не отрывая от него взгляда, Джийан наклонилась и взяла горящую палку из костра.
Думаешь, огонь отпугнет меня, потому что я— создание Тьмы?Он словно хихикал. Я сожру твой огонь.
Джийан поставила босую правую ногу в нарисованный в грязи круг.
Что ты делаешь?
—Ты знаешь, — прошептала она. — Если ты и вправду Тзелос, ты знаешь.
Малистра сообщила мне о твоих колдовских привычках.
—Малистра!
Она прислала меня. Ты очень досадила ей. Тем, что сделала с ее игрушкой — Олннном Рэдддлином. О да, она очень раздосадована.
Джийан зажгла западную линию трав. Запад, сторона, куда идут умирающие в последние мгновения перед тем, как испустить последний вздох.
Едкая смесь медленно начала тлеть.
Тзелос остановился, пощелкивая жвалами.
Перестань. Ты ничего не добьешься.Он вытянул один из верхних придатков. Грубые, похожие на волоски волокна свисали с костлявой конечности.
Джийан произнесла заклинания на Древнем наречии. Казалось, ничего не изменилось. Неожиданно она вспомнила отобранного у Олннна Рэдддлина паучка, которого Малистра пропитала чарами Кэофу. Она каждую ночь изучала его, пыталась осторожно экспериментировать, но так и не поняла, как он работает. Увидев его на протянутой ладони, Тзелос захихикал — по крайней мере щелчки походили на хихиканье.
Она обещала, что он будет у тебя. Обещала,прошипел он.
Джийан включила устройство. Появились паучьи лапки, и она бросила паука в Тзелоса.
Тот начал таять.
Сейчас или позже,прощелкал он, исчезая, мне безразлично.
У нее дрожали руки, когда она опустилась на колени, чтобы подобрать мерзкого паучка.
— Джийан, что ты делаешь? — раздался у входа в пещеру голос Реккка. — По-моему, мы договорились заняться этим вместе. — Они с Элеаной вернулись с охоты. В левой руке он держал двух крупных ледяных зайцев.