— Через порт Шаангсея, уважаемый, проходит основная часть сырья для обеспечения многих потребностей континента людей. В наше нелегкое время все силы уходят на поддержание жизни в этом городе.
Она подняла руку, блеснувшую синими ногтями, и поправила выбившуюся прядь.
— Теперь вы и сами видите, можем ли мы беспокоить Совет по поводу и без повода. Если каждый, кто приходит сюда, добьется немедленного приема, я даже не представляю, как город вообще сможет существовать.
Она вздохнула и откинулась на спинку кресла. Вероятно, по замыслу высоких начальников, вид ее выпирающих грудей должен был служить безыскусным утешением для разочарованных посетителей.
Наклонившись над столом, Ронин заглянул ей в глаза.
— Я должен встретиться с Советом сегодня. Сейчас.
Он не ждал, что она испугается. Она и не испугалась, а только щелкнула пальцами с сапфировыми ногтями. Тут же появились двое охранников с топорами и кривыми кинжалами.
— Вы мне позволите занести ваше имя в список? — учтиво осведомилась она, глядя на него смеющимися глазами.
— Хорошо, — согласился Ронин и назвал свое имя.
— Вот так, — сказала она, записывая.
Потом женщина снова откинулась назад и показала Ронину розовый язычок.
— Так оно более благоразумно.
Дождь усилился. Они сидели на корточках вокруг маленького костерка под навесом крыши. Язычки пламени вспыхивали и искрились. Когда Ронин подошел, они как раз разливали рисовое вино. Темноглазый посмотрел на него сквозь дым своей трубки; остальные не обратили на него внимания.
Ронин без приглашения шагнул под навес и стряхнул воду с плаща.
— В Совете меня не приняли.
— Да, — сказал человек с трубкой, — чего и следовало ожидать.
Он пожал плечами.
— Прискорбно, но что поделаешь?
Ронин присел рядом с ним. Вина ему никто не предложил.
— Но мне все-таки надо пробраться туда, — сказал он.
Плосколицый окинул его мрачным взглядом.
— Вышвырни его. Тунг, — обратился он к темноглазому. — Чего на него время тратить?
— Потому что он не из Шаангсея? — поинтересовался Тунг. — Потому что он не цивилизован?
Он повернулся к Ронину:
— А что я за это буду иметь?
Плосколицый понимающе хмыкнул.
Ронин снял с пояса кошелек и встряхнул его, ответив звоном монет.
Разглядев кошелек. Тунг скривил губы.
— М-м-м, боюсь, маловато будет. — Лицо его сделалась грустным. — Маловато.
— Тогда чего же вы хотите?