Плешивый продолжал безучастно потягивать свою трубочку.
Женщина подалась вперед. Сверкнули мелкие зубы, покрытые черным лаком.
— Подумай, что можно купить на все это серебро. Сиркус бывает не каждый день. — Она деланно рассмеялась. — И я думаю, нет нужды напоминать тебе об ограничениях. Считай, что тебе повезло.
Ее голова покачивалась вверх-вниз.
— Очень повезло.
Они сидели за угловым столом так близко от Ронина, что он без труда различал их разговор в вязком шуме таверны.
Это было большое, дымное заведение рядом с Нанкином, одной из главных улиц Шаангсея. Низкие деревянные балки пересекали потолок; в воздухе плавали запахи воска и жира. Короче говоря, таверна как таверна. Таких в городе сотни.
Ронин отодвинул чашку с рисом, поднял палочки, отправил в рот последний кусочек мяса и потянулся за рисовым вином.
— Может быть, в другом месте мне предложат чего получше, — сказал рыжеватый, но без особой уверенности.
Обезьяноликая издала серебристый смешок, неожиданно мелодичный.
— О да, конечно. А зеленым тогда...
— Нет-нет, — быстро сказал человек. — Ты меня не так поняла.
Он вынул из-под плаща кожаный кошель и отсчитал сорок серебряных монет.
Женщина серьезно смотрела на него, не обращая внимания на серебро. Плешивый смахнул монеты со стола. Его желтая рука лишь на мгновение мелькнула на свету.
— Еще десять, — ровным голосом сказала женщина.
Рыжеволосый дернулся.
— Десять... но ведь ты назвала цену...
— Эти десять — за то, что я ничего не скажу зеленым.
Она рассмеялась, когда тот снова открыл кошелек.
— Сиркус, — прошептала она.
Плешивый сгреб монеты и снова принялся за трубку.
Над ним повисло облако дыма. Потом они с женщиной поднялись и ушли.
Рыжеволосый провел трясущейся рукой по лицу, взял небольшой кувшин с вином и налил себе полную чашку. Вино пролилось на стол.
Вошли двое мужчин и сели за столик Ронина. Тут же примчался хозяин. Они заказали вареную рыбу и вино. Ронин попросил еще один кувшин вина.
— Ну что, повидал поля? — спросил один. — И как тебе там показалось?
— Мак не очень хорош, — отозвался второй, у которого был большой нос с красными прожилками и широкими ноздрями.
— А, снова красные. На это раз нам придется привлечь зеленых...
— Это не красные.
Носатый все еще вычищал дорожную грязь из своего серого плаща.
Первый подозрительно покосился на собеседника.