– Шеннон тайком вынесла ее из «Хранилища» и очень тревожится по этому поводу. Насколько я поняла, такие книги выдают всем, кого приняли на работу. А показывать ее посторонним запрещено.
Билл возбужденно встрепенулся.
– Возможно, эта книга поможет лучше понять «Хранилище», – сказал он.
Джинни молча кивнула.
– И это даст нам оружие, которым можно будет воспользоваться.
Приняв душ, Шеннон вышла в гостиную, кутаясь в махровый халат. Глаза у нее уже были сухими. Протянув отцу книгу в черном переплете, она уселась на диван. Стараясь не смотреть ему в глаза, девушка уставилась на свои руки, нервно теребящие край халата.
– Мы никому не должны это показывать. Книга предназначается только для сотрудников «Хранилища». Но я подумала, тебе будет интересно на нее взглянуть.
«Библия сотрудника».
Билл полистал страницы, пробегая взглядом по названиям разделов.
– Я не должна была приносить ее домой, – тихо промолвила Шеннон. – Книга не должна покидать пределы «Хранилища».
Билл продолжал листать книгу. Она была страшная, жуткая. И от текста, и от рисунков у него по спине бегали мурашки. Но Билл искал другое. Слабые места. Служебные тайны. Ахиллесовы пяты. А это была по большей части пропаганда, доморощенные попытки устрашения, и ничего такого, что можно было бы использовать против «Хранилища». Даже ссылки на противозаконные действия были тщательно облечены в иносказательную форму, несущую другое, более безобидное значение.
– Я завтра работаю, – сказала Шеннон. – Мне нужно будет вернуть книгу.
Кивнув, Билл раскрыл оглавление.
– Через пару недель начинаются занятия в школе. И что тогда? Тебя отпустят?
– Мне урежут часы. Но уволиться я не смогу. Согласно условиям контракта, я должна работать весь октябрь. До конца месяца.
– Осталось всего два месяца, – вставила Джинни.
– Еще два месяца зачисток? – Шеннон покачала головой. – Еще два месяца…
– Не бери в голову.
– Возможно, тут что-нибудь есть, – сказал Билл. – Какая-нибудь дыра, которой мы сможем воспользоваться. Может быть, нам удастся вытащить тебя оттуда.
– Они умнее нас, – обреченно произнесла Шеннон. – Никаких дыр тут нет.
Она оказалась права. Если дыры и были, Билл не смог их обнаружить, однако прежде чем вернуть книгу дочери, он отсканировал на компьютер столько страниц, сколько успел.
Завтра можно будет изучить их более внимательно. Быть может, он все-таки найдет что-нибудь.
Билл пожалел о том, что рядом с ним нет Бена. И Стрита. Три головы всегда лучше одной.
Шеннон и Джинни легли спать рано, но Билл не чувствовал усталости, не хотел спать, был на взводе. Поцеловав Джинни и пожелав ей спокойной ночи, он засиделся у себя в кабинете далеко за полночь, отправив сообщения по факсу и по электронной почте двум сенаторам от Аризоны, нескольким членам законодательного собрания штата, в региональную службу надзора, в Ассоциацию предпринимателей, в Федеральную торговую комиссию, в ФБР, в Министерство торговли и вообще всем, кто только пришел ему в голову. Билл даже отправил факс в Даллас, в центральное управление «Хранилища», адресовав его лично Ньюмену Кингу, в котором подробно изложил свои претензии и подозрения, суть своего конфликта с «Хранилищем», потребовав освободить свою дочь от принудительных обязанностей, навязанных ей «Хранилищем», в нарушение всех законов и самой конституции.
Когда наконец Билл забрался в кровать, Джинни уже спала, тихо похрапывая. Он обнял ее и накрыл ладонью ей грудь. Джинни зашевелилась, застонала, прижалась задом к его затвердевшему члену. Биллу захотелось интимной близости. Прошло уже больше недели с последнего раза, но Билл сдержался, опустил руку жене на живот, закрыл глаза и сосредоточился на том, чтобы заснуть. Он очень этого хотел, но не мог. Предохраняться было нечем. У него не осталось презервативов, а у Джинни закончилась спермицидная мазь.
Завтра надо будет съездить в «Хранилище» и закупиться.
Глава 30
1
За неделю до начала занятий был назначен педагогический совет, и Джинни обзвонила всех своих знакомых-учителей, интересуясь, не хочет ли кто-либо, чтобы она его подвезла.
Никто не пожелал ехать с ней.