И это Зло настолько могуче, что способно создавать картинки на компьютере, по своей прихоти распоряжаться как электронным мозгом, так и освещением в комнате, да еще врубать неподключенные стереоколонки.
Сила, действие которой он лицезрел, была столь велика, что первым Порывом Джима было взять ноги в руки — убежать из редакции, заскочить в общежитие, по-быстрому собрать вещи в чемоданы и прыгнуть в первый же автобус, идущий в сторону родного Уильямса.
Эта сила отнюдь не тот противник, которому можно противостоять. По крайней мере он, Джим, и помыслить не смеет противостоять такой силе!
Но если не он — то кто? Если он сдрейфит и убежит — что станется с университетом, с его преподавателями и студентами? Джим хотя бы отчасти понимает, что происходит, а это уже полдела! Он осознает всю опасность ситуации и может предпринять какие-то шаги, всполошить всех, заставить действовать... Просто смыться при таких обстоятельствах не только трусость, а мерзкая безответственность!
Он подумал о Фейт. Он подумал о Хоуви.
У него есть обязанности по отношению к людям, которые ему дороги. И долг перед собственной совестью.
Но решимость бороться до конца нисколько не уменьшила сиюминутный животный ужас.
Сердце Джима выскакивало из груди, волосы на руках стояли дыбом. Он не просто перепугался, он ошалел от страха. Ничего подобного он никогда не видел, да и предположить не мог что подобное может существовать, что он может столкнуться с подобным...
Он посмотрел на молчащее лицо на экране.
Монстр ухмыльнулся.
И снова начал громко верещать.
Джим опрометью бросился вон из комнаты.
Джим ворвался в кабинет Яна Эмерсона без стука.
— Профессор Эмерсон! — не своим голосом закричал он с порога.
Ян привскочил в кресле от неожиданности. Джим взял себя в руки и более спокойным тоном сказал:
— Мне надо поговорить с вами. Профессор устало кивнул:
— Проходите, садитесь.
Но Джим так и остался на пороге. Только дверь за собой прикрыл.
— Я не знаю, к кому мне обратиться. Но поскольку я с вами беседовал некоторое время назад, я подумал... — Тут он осекся, сделал громкий вдох и выпалил:
— В нашем университете завелась нечистая сила!
Ян мрачно кивнул:
— Да, я знаю.
— Как? Вы... знаете?
— Во время прошлого разговора я солгал. Извините. Здесь действительно происходит что-то необычное. Я заметил это не одну неделю назад. Всем нутром ощутил. Я никак не мог понять, что же это такое, и до сих пор не могу сформулировать свои опасения, внятно объяснить, что меня так пугает. Но ясно, что это страшное чувствуется с каждым днем все сильнее и сильнее...
— Интуиция вас не обманывает. Только что это "страшное" выперло меня из редакционной комнаты. Я вылетел как ошпаренный.
Джим быстро изложил все, что произошло. Про компьютер, про лицо, про визжание, про колонки, которые сами включились, про электрический свет, который сам выключился...
Ян внимательно выслушал.
— Идемте, — сказал он, — я хочу взглянуть своими глазами. Возможно, эта рожа все еще на экране.
Возвращаться в редакционную комнату Джиму совершенно не хотелось. Но было очень важно, чтобы профессор увидел то, что захватило экран компьютера... и не увидел Джимову трусость.
Быть может, профессор Эмерсон сообразит, что делать в этой дикой ситуации. А если он и не подскажет выход, то по крайней мере засвидетельствует сверхъестественное явление. Одно дело рассказ студента, совсем другое — подтверждение со стороны солидного профессора.