Нанкин-род: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«Ага, не решаешься начать атаку?! Хорошо же, я окажу тебе честь первой зуботычиной…»

Кинг выпрямился, как освобожденная пружина. Резкое движение плеча выбросило левую руку вперед; кожаная бомба полетела в лицо Сю.

Сю, откинувшись вправо, левым кулаком подбросил вверх руку Кинга. Правые кулаки противников столкнулись на перекрестке.

Зал встретил неудачу Кинга тревожным ропотом.

Кинг пустил в ход несколько запутанных комбинаций, но они не озадачили Сю.

Первый раунд не открыл Кингу слабостей противника. Он выяснил только, что Сю предпочитает бой вплотную бою на дистанции. Кинг решил доконать противника длинным ударом.

Ассистенты старательно растирали Кинга, положившего руки на веревки. Сю сидел прямо, как Будда, свесивший ноги с трона. Тело его, сохранившее сухость, не нуждалось в полотенце. Ладони массажистов скользили, словно по дереву.

Толпа дала волю своим чувствам.

Ее симпатии были на стороне Кинга.

Кинг был идеалом этих упитанных дельцов, шумных матросов, кокоток и контрабандистов. Его удары отдавались сладкой музыкой в их сердцах. Ему одному желали они победы.

Сю должен был сопутствовать триумфу – он служил мишенью для ударов и давал Кингу возможность блеснуть прославленной техникой. Кинг вел атаку. Сю только защищался.

– Кончай с ним скорей, Кинг!

– Не давай ему бегать…

После четырех раундов безуспешной атаки Кинг забеспокоился. Китаец оказался серьезным противником. Несколько быстрых ответных ударов заставили Кинга забыть о цвете его кожи. Начался пятый раунд.

Кулаки Кинга замелькали, как поршни пущенного мотора. Кинг хотел во что бы то ни стало сорвать Сю с места, оттеснить в угол, где ему легче было покончить с ним.

Сю принимал удары с удивительной легкостью. Кинг начал выходить из себя. Он наседал всем своим весом. Сю отступил на несколько шагов назад.

Кинг торжествовал.

Он бил двойными ударами, усиливая их перекачками. Сю отнесло вихрем почти к самой веревке.

И вдруг Сю сделал остановку. Левая рука его, мелькнув молнией, ударила Кинга в открытый живот. Удар, угодивший в солнечное сплетение, оглушил Кинга. Не давая ему опомниться, Сю нанес один за другим четыре страшных коротких удара. Кинг повалился на помост.

Все это произошло в одну секунду.

Публика была оглушена не менее Кинга. Зал охнул из конца в конец, и, когда Кинг падал, можно было подумать, что вместе с ним валится весь зал.

Грохот сменила странная тишина.

Онемевшие зрители всматривались в чудо. Оно было бесспорно. На помосте лежал Кинг. Над ним стоял спокойный, невозмутимый Сю.

Находившиеся среди публики китайцы устроили робкую овацию.

Зал продолжал хранить молчание. Расовая обида заглушила спортивный восторг. Китаец победил европейца – это переживалось, как оскорбление.

Уже давно отсчитал секунды звонок. Растерявшийся арбитр догадался, наконец, подойти к Сю.

Волновались китайцы. И все же публика не замечала победы – вернее, она не хотела ее признать.

Сю набросил на плечи халат. Молчание толпы его не удивляло. Там, в далекой Америке, белые люди аплодировали каждой его победе, потому что он был их гость. Сегодня дело обстояло иначе. Он побил гостя у себя дома. Он понимал, что это не могло понравиться остальным гостям.

Сю не испытывал радости, тем более – злорадства.

Он получил только профессиональное удовлетворение. Недаром он происходил из рода кантонских вышивальщиков, чьи шали считались лучшими среди лучших. Пальцы его предков не ошибались. И его руки, переменившие тонкую иглу на кожаные перчатки, обладали фамильной непогрешимостью.