Он завертелся по комнате вместе с лайкой.
– Что с ним? – спросил Спарк.
– Не обращайте на него внимания, – успокоил Веспа. – Это – сумасшедший влюбленный. Он счастлив, что ему разрешили поджариваться возле предмета его любви.
– Она сказала: «Я готова вас полюбить за то, что вы хотите покинуть этот город…» – захлебывался Дальтон. – Я так несся по Банду, что полицейские не успевали прочесть мой номер. Она сказала: «Я готова вас полюбить». Вы знаете, я могу вылететь из этого окна! У меня за спиной крылья!
– Вылететь вы можете, но только тогда мы поедем без вас, – сказал Веспа. – Нам даже не удастся проводить вас в больницу или на кладбище…
– Не сердитесь на меня – я говорю глупости, – начал извиняться Дальтон.
– Вы бы лучше привели в порядок свои дела. Мы уходим сегодня после полуночи. В три часа вы должны вместе с Китти быть на берегу.
Она вам сказала?!
– Да, мы условились. Вы правы, я совершенно забыл, что мне еще нужно устроить свои дела.
– Помните, в три часа возле Вузунг-отеля, – напомнил Веспа.
К вечеру с реки поднялся туман. Он разливался по улицам, подступал к домам, обволакивал кварталы, разъедая город тяжелым кислотным газом.
Стены, углы, колонны ветшали, крошились, таяли, превращаясь в муть, в чад, в непроходимую, непроезжую мглу.
Вода, земля, небо текли дымовой завесой, и там, где катились огненные яблоки – автомобильные фонари – была земля.
Веспа ехал на рикше.
Воздух был взболтан, и, казалось, рикша стоит на месте, а бегут обломки домов, оторванные ветки деревьев.
Туман сравнял город. Улицы сеттльмента обнищали, как китайские переулки. Шанхай тянулся маревом.
Глухо, будто из-под земли, пролаяли собаки, обнаруживая Нантао.
Несколько раз рикша оступался. Вот он, замедлив шаг, пошел в гору. Начинался берег… Наконец, он опустил оглобли.
Вокруг маячили призрачные силуэты построек. В таком тумане с трудом можно было узнать собственный дом… Но запахи, запахи! По ним Веспа безошибочно определил – он во дворе гостиницы «Ста тысяч благоуханий».
Рикша протяжно крикнул в темноту.
Темнота ответила несколькими голосами. Показались огни фонарей, выраставшие с каждым шагом. Веспа пошел навстречу.
– Хорошая ночь.
Круглое лицо Тун-Фа выплыло мутной луной.
– Лодки готовы? – спросил Веспа.
– Все готово, – ответил Тун-Фа. – А деньги?
– Деньги тоже готовы. Они на пароходе. Кончишь работу – получишь. Сколько приготовил?
– Тысячу человек.
– Все здоровы?
– Все.
– Смотри! Я проверю. За каждого больного скину двадцать долларов. Где они?