Надо же так обломаться…
Он нагнулся, вынул из-под сиденья железную палку. Ту самую, которой орудовал в кинотеатре.
Открыл дверцу машины и, размахнувшись, забросил опасную железяку подальше в воду. Она исчезла с тихим плеском.
Ромка Заблудший ещё раз с удовольствием осмотрел гостью.
– Клёвый прикид! – оценил он и помахал полученной коробкой. – Чего там?
– Увидишь, Заблуда, – улыбнулась Света. – Ничего такого. Галстук. И ещё кое-что.
– О! – отреагировал Ромка. – Галстук – это прикольно. Крутой какой-то?
– Кристиан Диор. Тебе понравится.
– Нехило. Ну, спасибо. Ты не стой, проходи.
Он подошёл к бару, достал рюмки, бокалы:
– Чего плеснуть? Выбор неслабый, сама видишь.
Света равнодушно оглядела строй бутылок:
– Я пока не хочу. А чё, ещё никого нет? Я думала, я опоздала.
– Не а, – усмехнулся Ромка, – ты первая. Давай вот вискаря плесну! Я только дэцел, не стремайся. Отпадная вещь, попробуй. Бери вот конфеты. Или, может, фрукты хочешь? Вон я грейпфруты купил. Любишь грейпфруты? Самый конкретный закусон для вискаря. И полезный. Сплошной витамин. Ну чего, я налью?
Света пожала плечами. Никакого веселья, на которое она рассчитывала, здесь пока не было и в помине.
А через два часа уже уходить!
– Ладно, – вздохнула она, – наливай!
Солнце окончательно село. С озера сразу потянуло сыростью и прохладой.
Павло поёжился, захлопнул дверцу, закрыл окно.
Бабки, только бабки! Без них труба!
31. Камера
Алина Трушина в своей камере уже не стояла, сидела на полу. Раскачивалась взад-вперёд, монотонно выла тонким, высоким голосом.
Вдруг она перестала выть, прислушалась.
До неё донёсся какой-то необычный шум, пыхтение, лёгкий беззлобный матерок.
Алина вскочила, прильнула к окошку в двери. Показался Сеня Храпченко, тяжело дыша, тащил вниз по ступенькам инвалидное кресло с сидящим в нём Рудиком. С другой стороны ему помогал ещё один полиционер, Серёга Агапов.
Общими усилиями они спустили кресло с лестницы, поставили на пол.
– Тяжёлое, зараза! – отдуваясь, произнёс Сеня. – Ты мне, Серёга, чуть ноги не отдавил, мудила! Представляешь, если бы эта махина на меня наехала! Я бы точно тоже калекой стал.
– Да оно вдруг вниз как потянуло, чуть не выскользнуло, – оправдывался Серёга. – Я не думал, что такое тяжёлое.
– Не думал! – передразнил Храпченко. – Именно что не думал. А надо думать, у тебя ж башка-то есть, иначе на хрена она тебе – только, чтоб пить и жрать, что ли?
– Не, ещё чтоб фуражку носить! – заржал Серёга.