Ничего, это их спокойствие продлится уже недолго. Посмотрим тогда, кто из нас на что годен!
Финиш не за горами.
Все они по-своему хороши – и мужики, и бабы. Сплошная похотливая козлятина!
Так им и надо!
Алина встала, не очень твёрдой походкой подошла к стене. Там висел настенный календарь. Она оторвала страницу, скомкала, выбросила её в корзину для бумаг.
Потом какое-то время внимательно рассматривала новую открывшуюся страницу. Гороскоп настоятельно рекомендовал сегодня Скорпиону не сидеть на месте:
В тот же момент к ней пришло решение. Ведь Скорпион – это она и есть. В их классе всего два Скорпиона – она и эта бессмысленная дура Светка Коновалова.
Так чего она ждёт? Надо ехать, валить отсюда!
Немедленно!
Пока не кончился благоприятный день! Подальше из этого сраного городка!
Алина сняла календарь со стены, сунула его в рюкзак. Туда же последовали самые необходимые вещи, которые могли ей понадобиться.
Ещё через десять минут, одетая в обычную свою чёрную кожаную куртку, Алина вышла из дому и сунула набитый рюкзак в коляску мотоцикла.
Нащупала в кармане связку ключей, удостоверилась, что нужные ключи на месте. Предстояло ещё заехать в «Берёзку», забрать кое-что. Кинотеатр, правда, опечатан, но кого это колышет!
И задний вход, и дверь в аппаратную она откроет без проблем.
Она выкатила мотоцикл из гаража, села на сиденье. Обутой в кованый высокий ботинок ногой ударила по педали, заводя двигатель.
Мотоцикл взвыл.
Безмятежная детская улыбка всё ещё играла на её лице, когда Алина нахлобучила шлем и рванула машину с места, с ликованием ощущая под рукой дикую мощь подчинённого ей мотора.
46. Сова
Ночная сова тяжело помахивала крыльями, огромными удивлёнными глазами зорко разглядывала раскинувшийся далеко внизу тёмный город. Хищница вряд ли отдавала себе отчёт в том, почему вдруг оказалась на этой высоте, где трудно было рассчитывать на добычу, но, однако же, спускаться ниже не пыталась.
Верша свой неспешный бесшумный полёт, длиннохвостая неясыть вращала большой головой, с особым интересом наблюдала, как, отдаляясь друг от друга, ползут в разные стороны два огонька.
Один из огоньков при внимательном рассмотрении оказался светом горящих фар, принадлежавших бежевой «Ладе». Этот свет выхватывал из кромешной тьмы петляющую дорожную ленту, задевал высокие стены густого леса, с обеих сторон обступившего узкое шоссе.
Внутри машины царила напряжённая, тревожная тишина. За рулём «Лады» сидел Андрей Георгиевич Коновалов, плотный мужчина средних лет, в прошлом военный инженер, вышедший в отставку несколько лет назад и вполне успешно занимающийся теперь частным предпринимательством. Губы его были плотно сжаты, лицо нахмурено. Он крепко сжимал руль, мрачно смотрел на разворачивающуюся перед ним дорогу.
Рядом с прямой спиной сидела его жена, Вера Михайловна, субтильная, нервная женщина, с такими же, как у Светы, зелёными глазами, она тоже угрюмо смотрела перед собой. Лицо у неё было заплаканное, уставшее.
На заднем сиденье расположилась плотно завёрнутая в свой одеяльный кокон Света. Прикрыла глаза, чтобы родители думали, что она спит. Как бы им ни хотелось, невозможно сейчас вести с ними какие-либо разговоры о случившемся, это выше её сил.
На самом же деле о сне не могло быть и речи. В ушах по-прежнему стоял отвратительный жужжащий звук пилы, перемежающийся отчаянными криками, а перед глазами проносились ужасные картины, одна хуже другой. В них хорошо знакомые ей люди резали и убивали друг друга.
Уж лучше бы Ромка её трахнул, и дело с концом, чем весь этот жуткий кошмар!
Неужели он закончился?
Так твердят ей родители, так сказал какой-то областной начальник.
Но можно ли им верить?