— Если он, бл*дь, хотя бы попытается причинить тебе боль…
— Я не собираюсь испытывать боль. Я собираюсь смотреть на все широко раскрытыми глазами. Но если я даже получу от этого страдания, то все равно возьму себя в руки, сотру с себя пыль, и стану мудрее от этого опыта. Я не опозорю нашу семью.
— Я даю тебе время до рождения ребенка. Если ты все еще продолжишь расправлять свои крылья, я все равно поговорю с Джеком, — сурово отвечает он мне.
— Спасибо. Знаю, что для него это будет подобно смерти.
— По крайней мере это лучше из всего, твою мать, — отвечает он угрюмо.
Мы едим свой завтрак, но мое сообщение полностью испортило настроение Доминику, и когда он меня высаживает, я тоже не в настроении.
Поэтому звоню Би Джею.
Он отвечает на первый гудок, у него в голосе слышится напряженность.
— Привет. Все в порядке?
— Не очень. Я не задумываясь задала Дому несколько вопросов о вашей вражде, и он сразу же догадался, и мне пришлось ему все рассказать. Он отреагировал не очень хорошо, но пообещал не вмешиваться и ничего не говорить Джеку, пока я сама не буду готова.
— Хочешь пообедать?
— Да, но пойдем куда-нибудь, где нас никто не знает.
19
Ноги в чулках я кладу на торпеду машины, радио играет, и мы выезжаем из Лондона, направляясь в загородный дом Би Джея. За окном хлещет дождь не переставая, полностью ухудшая видимость. Я чувствую себя, словно в мыльном пузыре, окончательно потерянной. Lost Frequencies поет в полный голос.
— Это моя самая любимая песня на всем белом свете, — говорю я ему и поворачиваю кнопку на всю громкость.
Он улыбается.
Я накрасила губы красной помадой и чувствую себя счастливой. Это такое счастливое чувство, которое заставляет вас прыгать вверх до потолка. Кажется, что ты любишь весь мир и всех людей, потому что так счастлива.
Открываются автоматические ворота, и мы въезжаем в Silver Lee. Всего лишь два часа, но уже темнеет, поэтому везде горит уличное освещение. Би Джей открывает дверь, и я захожу внутрь.
— Никого нет?
— Нет, я попросил своего можордома, чтобы он устроил себе выходной до поздней ночи.
Я улыбаюсь.
— Итак мы совершенно одни?
— Не совсем. Кое-кто есть, я познакомлю тебя.
Я приподнимаю вопросительно брови.
— Он еще тот старый придурок и не любит людей, но очень важен для меня, так что позволь я познакомлю тебя с ним и посмотрим, как вы понравитесь друг другу.
— Хорошо.
Мы заходим в дом через витиеватые стеклянные фасадные двери. Снаружи настоящий ураган. Би Джей останавливается у двери в комнату.
— Он немного, даже не немного, сквернословит, — предупреждает он.
Затем открывает дверь и гнусавый голос визжит изнутри:
— Ты трахалась с ним? — я непроизвольно открываю рот от шока. Би Джей делает жест, обозначающий «только после вас». — Сука, тебе лучше иметь деньги. Сука лучше. Сука лучше. Заплати мне, что ты мне должен. — Я вхожу в комнату, но там никого нет. В комнате сидит всего лишь серый попугай на красной перекладине.