В этих словах ясно видно указание святого апостола на самый страшный грех, который назван Самим Господом хулой на Духа Святого (см. Мф. 12, 31). Это — грех ожесточенной нераскаянности, упорного противления Богу, которым грешит диавол и с ним все остальные духи зла, а также и уподобляющиеся им в своей ожесточенной злобе против Бога люди. Таковы, например, были книжники и фарисеи, которые как бы видя не видели и слыша не слышали чудес Христовых и Его дивного возвышенного учения и довели Его до распятия, продолжая даже и над Распятым ругаться.
В вышеприведенных словах указываются черты людей, высоко поднявшихся по лествице духовного совершенства. Для таких падение бывает особенно тяжким и обращение безнадежным. Апостол сравнивает их с испорченной почвой, пившей многократно сходивший на нее дождь и все-таки производящей лишь одни терния и волчцы. Такая земля негодна и близка к проклятию, которого конец — сожжение (Евр. 6, 7–8).
Апостол выражает, однако, надежду, что евреи, к которым он пишет, находятся в лучшем состоянии, и приглашает их терпеливо трудиться над делом спасения, подобно Аврааму, который, долготерпев, получил обетования, данные ему Богом с клятвою (см. Евр. 6, 9–15).
Люди клянутся высшим, и клятва во удостоверение оканчивает всякий спор их (Евр. 6, 16). Эти слова важны потому, что опровергают утверждения лжеучителей (каковы, например, квакеры, Лев Толстой и другие), будто слово Божие решительно запрещает употребление клятвы. Дальше апостол говорит, что Сам Бог употребил клятву, клявшись Аврааму Самим Собой (см. Евр. 6, 13–20). Точно так же клялся для уверения людей Сам Бог Отец о вечном первосвященстве Своего Сына, как говорит об этом псалмопевец: Клялся Господь и не раскается: Ты священник вовек по чину Мелхиседека (Пс. 109, 4).
Глава седьмая
Вся седьмая глава посвящена раскрытию учения о Господе Иисусе Христе как о Первосвященнике по чину Мелхиседека (Евр. 6, 20). Первые три стиха (см. Евр. 7, 1–3) должны служить объяснением, почему Христос называется Первосвященником по чину Мелхиседекову.
В Книге Бытия рассказывается, как по возвращении Авраама после победы над ханаанскими царями его встретил с хлебом и вином Мелхиседек, царь салимский, который в то же время был и священником Бога Вышнего. Он благословил Авраама именем Бога Вышнего, а Авраам дал ему десятину из своей добычи (см. Быт. 14, 18–20).
Больше никаких сведений о лице Мелхиседека в Священных Книгах мы не находим. Но имя его и таинственность, с которой он появился и снова исчез в истории Авраама, сделали его лицом важным, как бы сверхъестественным. Вот почему псалмопевец, изображая в 109-м псалме Мессию как вечного священника, назвал Его священником по чину Мелхиседека (Пс. 109, 4).
Святой апостол Павел в первых трех стихах седьмой главы указывает черты сходства между Мелхиседеком и Господом Иисусом Христом и представляет первого как бы прообразом Сына Божия — уподобляясь Сыну Божию (Евр. 7, 3). Эти черты следующие. Самое имя Мелхиседек, которое значит «царь правды»; то, что он был царь Салима, что значит «царь мира»; то, что он был священником Бога Вышнего; то, что, выйдя навстречу Аврааму, он благословил его, и, наконец, то, что Авраам дал ему десятину из лучших добыч своих.
Апостол указывает и еще на некоторые необычайные качества Мелхиседека, не упоминаемые в Книге Бытия, а именно на неизвестность и таинственность его происхождения: Без отца, без матери, без родословия, не имеющий ни начала дней, ни конца жизни, уподобляясь Сыну Божию (Евр. 7, 3). Важно то, что Мелхиседек первым в Священном Писании называется священником, и притом священником Бога Вышнего, и является как бы получившим священство от Самого Бога — пребывает священником навсегда (Евр. 7, 3), конечно, не в своем лице, а в лице своего Первообраза — Иисуса Христа.
Превосходство священства Мелхиседекова над священством, происходившим от Левия, потомка Авраама, святой апостол Павел и показывает дальше в следующих стихах начиная с 4-го.
Прежде всего он выставляет на вид десятину, которую поднес Авраам Мелхиседеку из лучших добыч своих. Десятина давалась старейшим.
Авраам же был свободный и независимый владелец громадных богатств, притом только что одержавший победу над пятью ханаанскими царями и получивший великие обетования от Бога. Если велик был родоначальник народа Божия Авраам, то сколько же велик тогда Мелхиседек, которому Авраам смиренно дал десятину из лучших добыч своих (Евр. 7, 4), как бы подчиненный ему данник?
В 5–6 стихах святой апостол указывает еще на одну черту, превозносящую Мелхиседека над Авраамом. Это то, что он не имел никакого племенного родства с Авраамом, и, следовательно, последний не мог считать себя обязанным уделять ему десятину от своих имуществ, как уделяли евреи своим священникам из колена Левиина.
И, наконец, еще одна примечательная черта. Мелхиседек благословил имевшего обетования, то есть Авраама. Без всякого же прекословия меньший благословляется большим (Евр. 7, 6–7). Авраам сам имел великие обетования от Бога и был родоначальником избранного народа Божия, а вместе с тем и последующего левитского священства. Между тем Мелхиседек благословил его. Отсюда естественный вывод, что Мелхиседек был выше Авраама с происшедшим от него левитским священством.
В 8–10 стихах святой апостол Павел делает естественное заключение, что в лице Авраама сам Левий и все его потомство — ветхозаветное священство — признало себя подчиненным Мелхиседеку как священнику с непреходящим, вечным достоинством. Из всего вышесказанного апостол делает вывод о превосходящих особенностях священства Мелхиседекова, осуществившихся в лице Иисуса Христа, и раскрывает превосходство священства Христова по чину Мелхиседека над несовершенным левитским священством.
В 11–12 стихах он высказывает общее соображение, что самое предвозвещение нового священства по чину Мелхиседека при прежнем левитском священстве по чину Аарона уже предуказано; что последнее, как несовершенное, будет некогда заменено первым, как более совершенным, а потому и самый ветхозаветный закон, как связанный с аароновым священством, будет изменен.
Далее апостол раскрывает, как осуществилась эта замена одного священства другим:
1. Господь Иисус Христос воссиял не из священнического колена Левиина, а из Иудина, как и Мелхиседек был чужд рода Авраамова (см. Евр. 7, 13–15).
2. Господь Иисус Христос — Священник не по закону заповеди плотской», то есть священство Его не наследственно, как было это в Левиином колене; Он — священник вовек по чину Мелхиседека (Евр. 7, 16–17).
3. Обнаружилась немощность ветхозаветного закона, ибо он не довел людей до совершенства, а потому установлен Богом с клятвою лучший, Новый Завет, Поручителем которого стал Иисус, положивший начало и лучшему, новому священству (см. Евр. 7, 18–22).
В заключение этой главы святой апостол указывает преимущество нового Христова священства:
1. Христово священство единолично и несменяемо (см. Евр. 7, 23–25).
2. Возглавляет новозаветное священство Первосвященник святой и безгрешный, каков Христос, принесший Самого Себя в жертву за грехи людей (см. Евр. 7, 26–28).
Глава восьмая
В главе восьмой продолжается та же мысль, и в первых двух стихах указывается третье преимущество Христа как Первосвященника — то, что Он служение Свое отправляет не на земле, как ветхозаветные первосвященники, а на небе, непосредственно перед престолом Божиим, ибо Он Сам воссел одесную престола величия на небесах (Евр. 8, 1).
Эти стихи (Евр. 7, 26–8, 2) составляют Апостольское чтение в дни памяти святителей на литургии, потому что каждый святитель Церкви Христовой тем велик, что он уподобляется Великому Архиерею — Господу Иисусу Христу в Его святости и непорочности.
Далее святой апостол говорит о преимуществах первосвященнического служения Христова на небе. Христос тоже приносит там жертвы. Это — непрестанное ходатайство Его за нас перед Отцом Своим Небесным как следствие той великой жертвы, которую Он однажды раз и навсегда принес за нас на кресте (см. Евр. 8, 3).
На земле Его не признали бы священником по формальным причинам. Кроме того, существует большая разница в самом существе священства левитского и священства Христова, ибо ветхозаветные священники совершали служение, которое имело только символическое и прообразовательное значение. Все же эти символы и прообразы как раз и осуществились во Христе, Который установил Новый Завет, предсказанный еще в пророчестве Иеремии (см. Иер. 31, 31–34).
Слова пророка Иеремии об установлении Нового Завета святой апостол Павел и приводит полностью (см. Евр. 8, 8–12), после чего делает свое заключение: Говоря «новый», пророк показал ветхость первого; а ветшающее и стареющее близко к уничтожению (Евр. 8, 13).