— Весь штат мы уже проверили. Ни один из сотрудников ее не видел.
Майк снова задумался, о чем речь. На самом деле это мало волновало его.
Хафф солгал.
Майк не сводил глаз с молоденького офицера. Но вот тот повесил трубку, поднял глаза, и Майк понял: новости для него неутешительные.
— Мистер Бай?
— Доктор Бай, — поправил Майк.
Возможно, неуместно, но он знал: порой люди относятся к врачам с большим почтением. Не часто. Но иногда.
— Доктор Бай. К сожалению, утро у нас выдалось сегодня трудное. Люди заняты. Капитан Хафф просил передать, что непременно позвонит вам, как только освободится.
— Так не пойдет, — возразил Майк.
— Простите, не понял?..
Помещение было просторное и довольно открытое. Столы полицейских разделяли только низенькие перегородки — высотой фута три, не больше. Зачем делают такие на всех участках? Кого это остановит? В дальнем конце комнаты Майк видел дверь и надпись на табличке: «Капитан». Он быстро метнулся к ней, не обращая внимания на боль, которую вызвали эти резкие движения. Пробежал мимо последнего в ряду стола дежурного.
— Сэр?..
— Не беспокойтесь, дорогу я знаю.
Отпер задвижку и устремился к кабинету капитана.
— Стойте! Прекратите сейчас же!
Майк не думал, что парнишка станет стрелять в него, продолжал двигаться дальше. И оказался у двери до того, как его успели остановить. Дернул дверную ручку, повернул. Не заперто. Он вошел.
Хафф сидел за столом, разговаривал по телефону.
— Какого черта?..
Юный офицер ворвался следом, пытался преградить путь, но Хафф взмахом руки остановил его.
— Все в порядке.
— Извините, капитан. Он так рванул сюда, что…
— Ничего страшного. Закройте дверь.
Парнишка повиновался с самым несчастным выражением лица. В комнате было одно большое окно. Юнец остановился у него и стал глядеть на улицу. Майк обернулся к Хаффу.
— Ты солгал, — заявил он.
— Я очень занят сейчас, Майк.
— Я видел твоего сына. Перед тем, как на меня напали.
— Ничего ты не видел. Он был дома.
— Вранье.
Хафф так и не поднялся с места. И присесть Майку не предложил. Заложил руки за голову, откинулся на спинку кресла.
— Знаешь, у меня правда нет времени на все это.