Майк резко развернулся к нему.
— Послушай, Майк, ты выглядишь жутко!
— Хочешь быть моим водителем — ладно. Но ты мне не сиделка, Мо. Так что, давай высаживай. Мне нужно поговорить с Хаффом наедине. Если будешь болтаться рядом, он что-то заподозрит. Один смогу потолковать с ним, как отец с отцом.
Мо свернул к обочине.
— Помни, что только что сказал.
— О чем?
— Как отец с отцом.
— И это значит?..
— А ты сам подумай.
Майк выпрямился во весь рост — острая боль полоснула по ребрам.
«Физическая боль — странная штука», — подумал он.
У него высокий порог болевой переносимости. Он это знал и считал своим преимуществом. Ему даже нравилось выматываться, нравилось, когда после долгой активной работы ноют мышцы. На льду ребята часто использовали болевые приемы, но это только подстегивало Майка. Когда ему сильно доставалось, он заводился еще больше, играл еще отчаяннее и мощнее.
«Наверное, обстановка в участке ленивая и сонная», — подумал Майк. Сам он бывал здесь лишь однажды, когда пришлось оставить свою машину на ночь на улице. Городские власти выпустили распоряжение, запрещающее парковаться на улице после двух часов ночи. Но внутренний двор у дома Майка засыпали новым гравием, так что пришлось идти в полицию за разрешением оставлять машину в течение недели на улице у ворот. Тогда за столом сидел всего один коп, остальные столы у него за спиной пустовали.
Но сегодня в помещении было как минимум пятнадцать стражей порядка, кругом кипела бурная деятельность.
— Чем могу помочь?
Полисмен в форме выглядел слишком молоденьким. Возможно, еще один пример того, какое влияние на нас оказывает телевидение. Но Майк ожидал увидеть в приемной закаленного в боях, прожженного ветерана, как в фильме «Блюз Хилл-стрит», который говорил: «Давайте будем аккуратнее в высказываниях». Этому же парнишке было на вид лет двадцать. Он смотрел на Майка с нескрываемым удивлением, затем указал на синяки на лице.
— Вы по поводу побоев?
— Нет, — ответил Майк.
Остальные копы задвигались еще проворнее. Передавали друг другу бумаги, громко перекликались, прижимали к уху телефонные трубки.
— Я пришел к офицеру Хаффу.
— Вы хотите сказать, к капитану Хаффу?
— Да.
— Нельзя ли узнать, по какому вопросу?
— Просто скажите, его хочет видеть Майк Бай.
— Но сейчас, как видите, все у нас очень заняты и…
— Вижу, — прервал его Майк. — Произошло что-то серьезное?
Молодой коп одарил его взглядом, означающим типа не вашего ума дело. Но Майк успел уловить обрывки разговоров. Речь шла о какой-то машине, припаркованной перед отелем «Рамада».
— Может, посидите здесь? А я попробую разыскать капитана Хаффа.
— Да, конечно.
Майк подошел к скамье, сел. Рядом с ним оказался мужчина в костюме, он заполнял какие-то бумаги. Один из копов громко сказал: