— А, тот парнишка. — Энтони покачал головой. — Но он сюда не входил. Думаешь, я впущу в наш клуб недоношенного цыпленка, пусть даже и в университетском пиджаке? Нет, он побежал вон в тот проулок. — Верзила указал на поворот примерно в тридцати метрах от клуба.
— А куда ведет этот проулок? — спросил Майк.
— Вроде бы тупик. Я туда не ходил. Не было надобности. Шлюхи там собираются и прочая шушера. Слушай, окажи мне любезность.
Майк вопросительно уставился на него.
— Вся эта очередь наблюдает за нами. И если бы я тебя пустил, то потерял бы доверие. А в нашем деле, сам понимаешь, без этого никак. Усекаешь, о чем это я?
— Да.
— Так что я сейчас покажу тебе кулак, и ты улепетывай отсюда как маленькая испуганная девчонка, лады? Можешь пойти посмотреть в том проулке. Ты меня понял?
— Можно сперва вопрос?
— Что?
Майк полез в бумажник.
— Я ведь уже сказал тебе, — начал Энтони, — не хочу терять…
Майк показал ему фотографию Адама.
— Видел этого парнишку?
Энтони вздохнул.
— Это мой сын. Так ты его видел?
— В клубе его нет.
— Я не об этом спросил.
— Никогда не видел. Что дальше?
Энтони ухватил Майка за лацкан пиджака, замахнулся кулаком. Майк весь сжался и крикнул:
— Пожалуйста, не надо! Ладно, простите, я все понял, ухожу! — И отпрянул.
Энтони тотчас отпустил его. Майк бросился бежать. Услышал за спиной голос Энтони:
— Да, парень, держись-ка лучше подальше!
Несколько человек из очереди зааплодировали. Майк пробежал тридцать метров, свернул в проулок. Едва не налетел на ржавые мусорные баки. Под ногами хрустело битое стекло. Остановился, увидел впереди проститутку. По крайней мере ему показалось, что это проститутка. Она стояла, привалившись спиной к коричневому контейнеру, точно прилипла к нему, стала его частью, и если его уберут или отодвинут, она упадет и больше не поднимется. На ней был парик, напоминающий стог сена пурпурного цвета, — такое впечатление, точно его украли из гримерной Дэвида Боуи в 1974 году. И в нем уже успели завестись насекомые.
Женщина приветствовала его беззубой улыбкой.
— Привет, малыш.
— Не видели, здесь парнишка не пробегал?
— Да тут много ребят пробегают, сладкий мой.
Если бы голос у нее был чуть повыше, его можно было бы назвать томным, хоть и с натяжкой. Бедная костлявая женщина. И хотя на лбу у нее не было вытатуировано слово «шлюха», она, несомненно, принадлежала к их числу.
Майк стал искать глазами выход. Его не было. Ни ворот, ни дверей. Разглядел несколько пожарных лестниц, но все они насквозь проржавели.
«Если Хафф действительно забежал в этот проулок, как же он отсюда выбрался? Куда пропал? Или же незаметно выбежал на улицу, пока я выяснял отношения с Энтони? Или же Энтони солгал, просто чтобы избавиться от надоедливого посетителя?»