— В общем-то нет. — Лоренс ослабил галстук, словно тот внезапно стал удавкой. — То есть вот как вы намерены подать: у соседей по принстонскому общежитию начались проблемы?
Отвечать на этот вопрос Уэнди не захотела и сменила тему:
— Дэн Мерсер часто приезжал сюда — в смысле в Принстон?
— Да, я встречал его в городе.
— Что он тут делал, не знаете?
— Нет.
И тут, взглянув в альбом на алфавитный список выпускников, она обнаружила странность. Под буквой «Т» последним значился Френсис Тоттендам.
— А где Фил Тернбол?
— В смысле?
— Тут нет Фила Тернбола.
— Он с нами не выпускался.
Уэнди словно что-то кольнуло.
— Брал отпуск на семестр?
— Мм… нет. Его заставили уйти раньше.
— Стоп. То есть он не закончил университет?
— Насколько мне известно. Я так и сказал.
— А почему заставили? — Во рту у Уэнди пересохло.
— Точно не знаю. Слухи, конечно, ходили. Но дело провернули очень тихо.
Ровным, очень спокойным голосом она попросила:
— Расскажите.
— Вряд ли стоит…
— Это может быть очень важно.
— Столько лет прошло. И по-моему, университет переборщил.
— Все останется между нами. Не для огласки.
— Ох…
Дипломатия себя исчерпала. После пряника настало время кнута.
— Повторяю: строго между нами. Не скажете — выясню сама. И уж я раскопаю. Вытащу на свет все тайны до последней, но тогда никакой приватности не ждите.
— Не люблю, когда мне угрожают.
— А я — когда втыкают палки в колеса.
Лоренс вздохнул.