– Вряд ли, – пожала плечами Майя. – Они в один голос твердят про несчастный случай.
– И Каролина вчера затронула эту тему?
– Угу.
– С чего вдруг? – удивился Шейн. – Эндрю Беркетт погиб, сколько… лет двадцать тому назад?
– На мой взгляд, тема всплыла вполне естественно, – сказала Майя.
– Каким образом?
– Два брата. Судя по всему, были очень близки друг с другом. И оба трагически погибли совсем молодыми.
Шейн кивнул, соглашаясь:
– Вот тебе еще одна причина, по которой ее воображение могло сыграть с ней злую шутку.
– К тому же она так и не видела тела Джо.
– Что ты сказала?
– Каролина. Она так и не видела тела Джо. Как и тела Эндрю. Она просила, чтобы ей позволили его увидеть. Чтобы у нее было чувство завершенности. Так вот что у нас выходит. Эндрю гибнет в море. Каролина так и не видит его мертвым. Джо убивают. Его она мертвым тоже не видит.
– Ничего не понимаю, – нахмурился Шейн. – А Джо она почему не видела?
– Ей не разрешили родные, или что-то в этом роде, я точно не поняла. Но ты взгляни на это с ее точки зрения. Два погибших брата. И ни одного тела. Каролина не видела в гробу ни одного из них.
Они умолкли, но теперь Шейн все понял. Каролина затронула больную струнку, когда говорила с Майей о необходимости своими глазами увидеть тело. За время службы в горячих точках Майя с Шейном не раз с этим сталкивались. Когда солдат погибал в бою, его родные часто не могли поверить в его смерть, пока не видели непреложное доказательство. Мертвое тело.
Возможно, Каролина права. Возможно, это и есть та причина, по которой солдаты не бросают никого, даже своих мертвецов.
– У нее проблемы с принятием обеих смертей, – сказала Майя.
– И она считает, что человек, который расследует убийство Джо, получает деньги от ее семьи.
И тут Майю словно обухом по голове огрели.
– Ох, нет…
– Что?
Майя сглотнула. Она пыталась собраться с мыслями, но те продолжали разбредаться в разные стороны. Лодка. Штурвал. Рыбачьи трофеи.
– Semper paratus, – произнесла она вслух.
– Что?
Майя взглянула Шейну прямо в глаза:
– Semper paratus.
– Это латынь, – сказал Шейн. – В переводе означает: «Всегда готов».
– Это выражение тебе знакомо?
Лодка. Рыбачьи трофеи. Штурвал и спасательные круги. Но главным образом – скрещенные якоря. Майя тогда решила, что скрещенные якоря символизируют военный флот. Часто так оно и было. Но этот символ использовался не только на флоте.
– Это девиз Береговой охраны, – кивнул Шейн.