И все же он хотел от них освободиться.
Сердце у Майрона ныло от боли. Господи, он так хотел, чтобы она поскорее его отпустила, чтобы девушка, которую он так любил, поскорее оставила его в покое. Он взял ее за плечи и осторожно отстранился.
Клэр была уже рядом.
— Мы торопимся, — сказала она Майрону. — Скоро встретимся.
Он кивнул. Женщины направились к машине, где их ждал Эрик. Клэр шла около дочери, но по-прежнему не касалась ее. Эйми забралась на заднее сиденье. Эрик и Клэр переглянулись и, ни слова не говоря, тоже сели: Эрик — за руль, Клэр — рядом с ним впереди. В этом не было ничего удивительного, но Майрону показалось, что они сторонились Эйми, будто сомневались — или подозревали, — что теперь с ними живет совсем не их дочь, а какой-то другой человек. Клэр посмотрела на Майрона.
«Они знают!» — решил Майрон.
Он проводил взглядом отъехавшую машину и, когда та скрылась из виду, вдруг понял, что не выполнил своего обещания.
Он не вернул домой их малышку.
Их малышки больше не было.
Глава 57
Четыре дня спустя
Джессика Калвер сочеталась браком со Стоуном Норманом, и торжество прошло в манхэттенском ресторане «Таверна на лужайке».
Майрон прочитал об этом, когда находился в офисе. Кроме него там были Эсперанса и Уин. Уин отрабатывал технику свинга в гольфе, стоя перед огромным зеркалом. Он уделял гольфу много времени. Эсперанса внимательно наблюдала за Майроном.
— Ты в порядке? — поинтересовалась она.
— Да.
— Ты понимаешь, что ее решение выйти замуж — самая приятная новость в твоей жизни?
— Понимаю. — Майрон отложил газету. — И еще я пришел к выводу, которым хочу поделиться с вами.
Уин остановил движение клюшки на полпути.
— Моя рука еще недостаточно прямая.
Эсперанса махнула ему рукой, призывая помолчать.
— Какому?
— Я всегда старался бороться с тем, что, как я теперь понял, является моей внутренней потребностью, — заявил Майрон. — Вы о ней знаете — играть в героя. Вы всегда предостерегали меня от этого, и я вас слушал. Но я пришел к выводу, что по-другому просто не могу. У меня наверняка будут поражения, но побед точно будет больше. И я не собираюсь от этого убегать. Я не хочу превратиться в циника. Я хочу помогать людям. И решил, что буду этим заниматься.
Уин повернулся к Майрону.
— Ты закончил?
— Да.
— Мы должны рукоплескать? — поинтересовался Уин у Эсперансы.
— Думаю, да.
Эсперанса встала и громко захлопала. Уин аккуратно положил клюшку для гольфа и вежливо поаплодировал.
Майрон поклонился и сказал:
— Позвольте выразить вам сердечную признательность. Вы замечательная аудитория, и не забудьте отблагодарить официантов, когда будете уходить. И обязательно попробуйте телятину.