— Но Эйми обо всем догадалась. Или по крайней мере была близка к этому.
— Возможно.
Дэвис снова поморщился, но Майрона это не волновало.
— Значит, мы подошли теперь к той самой ночи, Гарри. Зачем Эйми просила меня привезти ее сюда?
Дверь на кухню открылась, и в комнату заглянул Эрик.
— Как наши успехи?
— Все хорошо, — ответил Майрон.
Он ждал, что Эрик начнет расспрашивать, но тот снова исчез.
— Он сумасшедший, — сказал Дэвис.
— У вас ведь есть дочери? — поинтересовался Майрон.
— Да, — ответил Дэвис и немного погодя кивнул, будто вдруг все понял.
— Не надо тянуть время, Гарри. У вас сильное кровотечение, вам нужно к врачу.
— Мне все равно.
— Вы уже много рассказали. Давайте доведем дело до конца. Где Эйми?
— Я не знаю.
— Зачем она приезжала сюда?
Дэвис закрыл глаза.
— Гарри?
— Прости меня, Господи. Я не знаю.
— Может, объясните?
— Она постучала в дверь. Было уже очень поздно. Два или три часа ночи. Не знаю. Мы с Донной спали, и она напугала нас до смерти. Мы подошли к окну и увидели ее. Я повернулся к жене, и никогда не забуду, какое у нее было лицо. На нем было столько муки. И все мои усилия загладить перед ней свою вину за ту историю в момент рассыпались. Она начала плакать.
— И что вы сделали?
— Я отослал Эйми.
Тишина.
— Я открыл окно и сказал, что уже поздно. И что мы поговорим в понедельник.
— И что Эйми?
— Она просто на меня посмотрела и не сказала ни слова. Но было видно, как она разочарована. — Дэвис крепко зажмурил глаза. — И я боялся, что она разозлилась.
— Она просто ушла?
— Да.
— А теперь исчезла, — сказал Майрон. — Не успев рассказать все, что знала. Не успев вас уничтожить. А если разразится скандал с подменой баллов, то, как я уже вам говорил, для вас все будет кончено. Все выплывет наружу.