— Совершенно верно. Но я думаю, они там. Возможность случайного обнаружения исключена.
— Зачем перевозить важные документы в машине, за рулем которой была ваша дочь, которая понятия не имела о их существовании? — спросил я.
Он улыбнулся.
— Потому что они важные.
— Вы могли бы послать их из Эвьена в Канны заказной почтой.
Улыбка стала шире.
— Ну, мистер Карвер. Не станете же вы говорить мне, что никогда не слышали о пропажах почтовых отправлений.
— И машину могут украсть.
— Жизнь полна неопределенностей. Можете вы назвать верный способ пересылки ценной вещи из одного места в другое?
— Нет. Нет, если кому-то еще нужна эта ценная вещь или пачка документов.
— Именно.
Я встал.
— Сколько людей знали, что вы собираетесь пригласить меня сюда?
Он тоже встал.
— Я, Джулия, Тиш Кермод, Денфорд, несколько человек из прислуги и, конечно, Миггз. И два-три человека, у которых я справлялся о вас. А что?
— То, что меня не покидает чувство, что сегодняшние две пули предназначались мне.
— Уверяю вас, что не вам.
— Почему вы так в этом уверены?
— Потому что за последний месяц было три телефонных звонка с угрозами моей жизни. А сегодня вечером, сразу после нашего возвращения был четвертый. Звонил мужчина. Если я точно помню слова, сказано было следующее: “Сегодня тебе повезло. Но я достану тебя, ублюдок”.
Он широко улыбнулся. Конечно, он мог наврать.
— Кажется, это вас не беспокоит.
— Возможно, я не показываю этого, мистер Карвер, но меня это беспокоит. Мне нравится жить. Но в любом случае, покушение на мою жизнь не имеет никакого отношения к нашему делу. Вы хотите поговорить с Денфордом сейчас или утром?
Я посмотрел на часы. Было уже за полночь.
— Он, наверное, уже спит.
— Я всегда могу поднять его.
Конечно, если ты — миллионер, какое тебе дело до чьего-либо сна. Но в эту ночь мне не хотелось смотреть в те моргающие агатовые глаза.
— Лучше утром.
— Хорошо. Но прежде чем уехать, возьмите у Денфорда список моих передвижений на следующей неделе. Я хочу, чтобы вы сообщали мне о ходе поисков как можно чаще. — Он осушил свой бокал и подмигнул мне. — Я, большой человек, мистер Карвер. И у меня большие аппетиты. Я люблю жизнь и я готов любить людей. Но я — миллионер. И на самом деле меня никто не любит.
— Я не думаю, что эта мысль не дает вам спать по ночам.
Впервые с явно ирландским акцентом, он произнес: