В сарае остались только куры. Баньку она не топила, ходила по субботам в совхозную.
Вернувшись в дом, сняла чайник с плитки и, выключив ее, заварила чай. Снова вышла во двор, и зайдя в летнюю кухню, приоткрыла крышку на кастрюле с картошкой. Потыкав картошку ножом, сдвинула кастрюлю к краю и закрыла крышку.
— Баб Варь, возьмите молоко! — соседка Наталья стояла у забора, разделявшего дворы, с банкой молока.
Баба Варя вышла из кухни и забрала молоко.
— Подожди, сейчас деньги принесу — сказала она Наталье и пошла в дом.
— Отдадите потом, баб Варь, не к спеху.
На кухне отлила в кружку немного молока себе на чай и Ваське. Закрыла банку крышкой и убрала молоко в холодильник.
Налила Ваське молока в миску и села пить чай.
Георгий проснулся.
Полежал, прислушиваясь к тишине и сел, спустив ноги на пол.
Виталия не было, остальные спали.
Достал из-под подушки часы — 7: 20.
Одевшись и заправив кровать, взял полотенце и вышел на улицу.
Виталий плюхался у рукомойника. Ведро, наполненное водой, стояло поодаль.
Они поздоровались.
— Нальёшь воды? — Виталий, вытирая полотенцем лицо и шею, пошёл в дом.
Наполнив рукомойник и повесив полотенце на гвоздь, вбитый в стенку сарая, Георгий пошёл в туалет.
Дверь в туалете нужно было держать рукой, чтобы не открылась: крючка не было.
— «Даа! Только вдвоём ходить: один сидит на очке, другой дверь подпирает. Надо будет крючок сделать».
Сполоснув лицо и руки, вернулся в гостиницу.
Виталий лежал на заправленной кровати, остальные спали.
— Ну чё, надо будить? — Георгий взглянул на Виталия, тот кивнул.
— Подъёоом!
В дверь из женской комнаты постучали, и она чуть приоткрылась — Мужчины, вы одетые? Можно выйти?
— Выходите, мы не стесняемся — Вова сидел на кровати, прикрывшись одеялом.
Дверь ещё приоткрылась и выглянула Любаха.
— Ой, да они ещё дрыхнут! Пойдёмте девчонки.
Девушки и Алла, поздоровавшись, ушли на улицу.
Заскрипели пружины и, один за другим, все встали и, одеваясь, стали заправлять кровати.
Соседи водители тоже встали.