Быль, ставшая легендой: Отдельная Коломыйская пограничная комендатура в боях с фашистскими захватчиками: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

К началу Великой Отечественной войны в состав ОКПК входили два контрольно-пропускных пункта, расположенных в городах Снятине и Залещиках. Начальником первого был старший лейтенант А. А. Жучихин, а второго — лейтенант И. К. Остропольский. Кроме того, девять кустовых постов во главе со старшим лейтенантом Я. И. Ерофеевым, лейтенантами И. П. Луцаем, Е. В. Кузнецовым, М. Т. Медведевым, В. С. Соколовым, младшими лейтенантами А. З. Курашом, А. П. Марковым, П. Т. Яблоновским и старшиной-сверхсрочником А. П. Барановым. Погранпосты возглавляли старшины, старшие сержанты и сержанты: Б. Ф. Башмаков, И. Е. Голушко, А. И. Абрамов, А. И. Нахманов, В. Н. Гринов, А. И. Пахомов, Р. П. Ботанюк, С. И. Ершов, П. Л. Белоцерковец, А. В. Буянов, Н. Н. Доронин, С. С. Клавдиев, Г. Н. Овечкин, Г. А. Фальченко, И. Ф. Анохин, М. А. Грабаров, Н. П. Зуев, И. И. Петров, И. Г. Андреев, А. А. Егоров, И. А. Иванов.

— Недалеко от станции Коломыя разместилась наша Окружная школа младшего начсостава служебного собаководства[1], которую возглавляет капитан М. Е. Козлов. Заместителем по политчасти у него старший политрук П. И. Печкуров, — продолжал он. — Здесь же находится ветеринарный лазарет. Правда, в лазарете начальник в единственном лице, старший военфельдшер М. Л. Глинберг. Вот здесь — комендатура, невдалеке — автопарк… В общем хозяйство у нас большое.

— Вы получите сразу три должности: командира комендантского взвода, командира хозяйственного взвода и начальника автопарка. Но с одной зарплатой, — добавил Семенов с улыбкой. — Справитесь? Это временно. Пока не хватает людей.

— Постараюсь, товарищ капитан!

Став опять серьезным, Семенов прошелся по кабинету.

— Обстановка у нас сложная. Слишком уж часто стали поступать в штаб сообщения с постов и застав о нарушениях государственной границы. Были случаи столкновения с бандами, иногда численностью до ста человек. А сейчас наши дозорные засекли по ту сторону границы огромные скопления людей, многие из них в военной форме.

— Все ясно, товарищ капитан. Я ведь до этого служил в 90-м Владимир-Волынском пограничном отряде. И там на границе неспокойно.

Я знал, что на сопредельной стороне стянуто на нашем участке большое количество войск и техники. Такое же положение и на участках 91-го, 98-го и других погранотрядов. Мы, конечно, тогда не могли точно знать, что к началу войны немецко-фашистское командование сконцентрировало здесь огромные силы: 6-ю армию, в которую входило 13 пехотных дивизий, 1-ю танковую группу, состоящую из 5 танковых дивизий, 4 мотопехотные дивизии. Поддерживать их должен был 4-й воздушный флот. В первый же день войны вся эта армада устремилась через Устилуг на Владимир-Волынск и дальше на Луцк. В этом районе и произошло в 1941 году первое в истории Великой Отечественной войны огромное танковое сражение[2].

— В Устилуге, — продолжал я, — в последнее время на охрану государственной границы направлялись усиленные наряды.

— Усиленные наряды мы выставляем тоже. Но главное, быть готовыми ко всему. Оружие, техника, материальная часть, автотранспорт — все должно быть в полном порядке. Не уставайте об этом повторять бойцам.

…Обстановка на границе была тревожной. Пограничные посты и заставы вели борьбу с диверсионными группами и вооруженными нарушителями. В конце октября 1940 года на участке Сколевского погранотряда банда украинских буржуазных националистов в двадцать шесть человек не только прикрывала, но одновременно и отвлекала переход группы агентов фашистской разведки через нашу государственную границу.

Около четырех часов утра эта банда натолкнулась на пограничный наряд, началась перестрелка. Получив сигнал о нарушении границы, к месту прибыла оперативная группа во главе с комендантом пограничного участка капитаном И. М. Середой[3]. При прочесывании леса бандиты были обезоружены. У задержанных изъяли сведения о военных объектах, дислокации наших воинских частей и другие разведывательные данные. Это помогло раскрыть крупную шпионскую организацию.

Случаев таких было немало. Всего за четыре дня до начала Великой Отечественной войны на участке 9-й заставы этого погранотряда были задержаны два венгерских офицера, которые сообщили, что нападения на СССР следует ожидать с 20 по 27 июня. На участке 4-й комендатуры 20 июня у местечка Лавочное перешли границу три венгерских солдата и заявили, что их часть подготовилась к вторжению на территорию Советского Союза[4].

Были случаи и более крупного масштаба… В начале 1941 года на участке одной из застав Черновицкого погранотряда перешла границу вооруженная диверсионная банда численностью до трехсот человек. Под командованием политрука Байды умелыми маневрами и огневыми ударами с флангов пограничники сдерживали численно превосходящего противника до подхода подкрепления. Банда была разбита. На поле боя осталось свыше сотни убитых налетчиков, в том числе и их главарь фашистский наймит полковник Грицеску.

34 пограничника заставы — участники боя — были награждены орденами и медалями Советского Союза, а отличный пулеметчик, заместитель политрука В. И. Иванов — высшей наградой Родины — орденом Ленина[5]

…Никто из нас и не предполагал, что так быстро, всего через каких-нибудь два с половиной месяца, фашисты нарушат пакт о ненападении и вторгнутся на нашу священную землю.

На пороге войны

Начались пограничные будни… Все дни были насыщены делами и летели незаметно один за другим.

13 июня мы собрались у начальника штаба капитана Семенова по случаю его отъезда в Киев на курсы переподготовки командного состава.

Грустно было расставаться с Михаилом Петровичем. Легко и интересно было с ним работать.

Чтобы как-то развеять грустные мысли, он сказал:

— Я уезжаю в Киев, а ты, Саша, скоро поедешь во Львов получать автомашины.

И, действительно, 17 июня я с группой пограничников и водителей отправился во Львов за автомашинами.

Многие водители до призыва в армию работали на Горьковском автозаводе, хорошо знали автомобиль и, принимая машины, придирчиво, как ОТК на заводе, проверяли каждый узел, каждую запасную часть.

На этих машинах 19 июня мы вернулись в Коломыю. На следующий день я принял дежурство по комендатуре от старшего лейтенанта В. М. Ракитина. Было сравнительно спокойно. Вечером 21 июня, сдав дежурство старшему лейтенанту Е. С. Кошкину, помощнику начальника штаба по боевой подготовке, я пошел в клуб.

В тот последний мирный день в нашем клубе ОКПК демонстрировался художественный фильм «Большой вальс», а в комендатуре продолжалась работа.

Около двадцати трех часов мы вместо со старшим политруком Новиковым (он приехал из округа и жил рядом со мной, в комнате для приезжих) и Ракитиным зашли в кабинет к коменданту майору Филиппову, уезжавшему на один из участков комендатуры.

Родион Иванович встал, вышел из-за стола и пожал нам руки. Чувствовалось, что это волевой, крепко скроенный человек. Спокойный, полный кипучей энергии, он вдохновлял, заражал ею всех окружающих. Любое дело у него спорилось. Его глубоко уважали местные жители: он был избран депутатом Коломыйского городского Совета депутатов трудящихся.

Зашли мы к Родиону Ивановичу в надежде услышать какие-либо новости: тяготило непонятное предчувствие. Как бы читая наши мысли, он спросил:

— Что, хотите знать, как на границе? Задержали несколько нарушителей. Обнаружили у них телефонные аппараты, ракетницы с комплектами разноцветных ракет, ножницы и другие инструменты.

[1] 3-я Окружная школа младшего начальствующего состава служебного собаководства была создана в конце января 1941 г. и находилась в районе железнодорожного вокзала. Списочный состав школы найден в архиве. Поиски продолжаются.

[2] История второй мировой войны 1939–1945 гг. М., 1973, с. 23; Москаленко К. С. На юго-западном направлении. М., 1969, с. 38 (карта положения войск).

[3] За подвиги в Великой Отечественной войне Иван Михайлович Середа удостоен звания Героя Советского Союза посмертно. Его имя присвоено заставе на западной границе.

[4] Паджов М. Через всю войну. М., 1972, с. 31–32.

[5] Боевой путь советских пограничных войск. Сборник документов. М., 1967, с. 151.