— Значит, мы можем взять этот заказ? — интересуется у него Хакс.
— И он будет хорошо оплачен, — тут же добавляет Эмилин. — Гонорар по-королевски щедрый.
— Кто бы сомневался…
— Но. Есть одна заминка, — еще одна жеманная улыбка. — Предмет заказа — женщина.
— Я не берусь за женщин.
Хакс стреляет глазами: от равнодушного Рена к раздосадованной Эмилин, и, набравшись духу, выпаливает:
— Я берусь.
Кайло скашивает на него взгляд, но молчит. Эмилин приподнимает голову, довольствуясь моментом.
— Ваш чек, — она открывает клатч и выкладывает на стол бумаги. — А вот ваша цель. Данные и адрес на обратной стороне фото.
Хакс какое-то время глядит на девушку на выцветшем снимке. Только такие жизнерадостные энтузиасты, как она, и могли решить, что пора бы отозвать у киллеров государственные лицензии. Что ж, он сделает так, чтобы смерть для нее была быстрой и не мучительной — в этом ей повезло.
Он заключает договор на заказ, и Эмилин перед уходом дарит каждому по благосклонной улыбке. Кайло провожает ее кислым взглядом.
— Никогда ее не любил.
Он поднимается и подходит к столу, кладя хорошенько подтаявший алколеденец прямо в стакан с его, Хакса, чаем. Хакс пожимает плечами, прибирая чек. Любил-не любил: сейчас это вторично.
Он уносит кружку с чаем на кухню, а когда возвращается, застает Рена зависшим над фото заказанной девушки.
— Вот, — тычет он в снимок. — Она будет моей летней девушкой.
— Ты хочешь, чтобы я убил ее осенью? — невозмутимо спрашивает Хакс, уже не изумляясь, а потому и не теряя самообладания.
— Убил? — переспрашивает Рен и поднимает на него хмельной взгляд. Слишком уж хмельной для лишь на треть уничтоженного леденца. — Нет, нет. Летнюю девушку нельзя убивать.
Он берет снимок в руки и читает на обороте.
— Рей… И адрес — это недалеко от нас…
— Скажи, что ты ничего не собираешься делать… — Хакс подходит на шаг ближе, надеясь выхватить у Рена фото.
— Скажу, что я собираюсь делать, — Кайло энергично хватает со стола очки и ключи от машины. — Я собираюсь завалить ее дом цветами!
Когда дверь за ним захлопывается, а под окном заводится и уносится прочь древняя развалина, которую Кайло называет машиной, Хакс присаживается за стол и стучит пальцами по столешнице.
А ссориться с Гильдией — это вообще хорошая идея?
***
На следующее утро, прежде чем подняться по крыльцу ко входу в контору, Хакс ненадолго замирает под вывеской. Что-то изменилось. Спросонья, еще не успев сварить себе кофе, он долго глядит на красные буквы на черном фоне, вдруг принявшие иную форму. Не с первого раза он читает:
«Рен и Ко»…
Ко! Не «Рен и Хакс». Не «Рен и партнер».
Рен и Ко.
Он — это Ко.
Хотя…