Сова (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

- Это же Англия конца 70х, тогда популярным и горячим считалось, если парень выглядел так, что его только выгнали из Led Zeppelin! – Отвечал тот.

Тут вдруг все персонажи посмотрели на Мари.

Джеймс на снимке важно вышел вперед и заявил:

- Ок, ок, я хочу сделать официальное заявление! «В ТЫСЯЧА ДЕВЯТЬС...»

Ремус, стоящий рядом, попытался его одернуть

- Честное слово, это необязательно!

Тут оба Сириуса, молодой с колдографии и тот, что стоял в комнате, одновременно раздраженно прикрикнули.

- ЛУНАТИК!

И Джеймс, торжественно обводя взглядом гостиную, продолжил

- Как я говорил... В тысяча девятьсот семьдесят шестом году от рождества Христова эти джентльмены, так же известные как мародёры, сумели стать анимагами и при этом не превратились в ужасных и мерзких полулюдей-полузверей. Поэтому я, Джеймс Поттер, объявляю нас самыми выдающимися волшебниками всех времён!!!

Затем все мародеры салютовали зрителям стаканами с пуншем и снова замолчали.

Мари застыла, ее глаза блестели, а руки сжались на бесценной фотокарточке.

- Можно я оставлю ее себе, возьму в Хогвартс? – прошептала она.

Сириус улыбнулся и кивнул.

- Как бы я хотела быть там... – В голосе Мари вдруг заиграли мечтательные нотки – Хотела бы с вами слушать музыку, ходить в кино на премьеру звездных воин, учиться анимагии, создавать карту, да даже подшучивать над отцом Гарри! – тут она остановилась, явно не решаясь что-то спросить, а потом выпалила – Как вы думаете, Бродяга, только честно, Я смогла бы стать мародером?

Сириус посмотрел в ее горящие глаза, эта курносая наивная девочка... и зачем ей быть там? Там, где война скоро разрушит все надежды и сотрет с лица все улыбки. Ведь она здесь, она и сыновья Молли. Сириус иногда наблюдал за двумя рыжими неугомонными близнецами и в груди рос страшный ком глухой тоски. Он смотрел и видел как будто наяву двух безбашенных хулиганов, мчавшихся на байке над ночным городом, когда весь Лондон был у их ног.

- Ты уже мародер, – улыбнулся он Мари.

- Правда? – щеки девушки стали ярко розовыми и, чтобы это скрыть, она откинулась на подушки, так что вверх взлетели обутые в ноги кеды – И у меня будет клевое прозвище, прямо как у всех вас? А можно? Можно я буду Рапирой?

Тут вдруг из удлинителя ушей, забытого всеми на полу, раздался полный негодования, а еще больше ревности, голос близнеца, и Мари тут же поняла, что это Фред.

- Прозвище??? У тебя уже есть прозвище и не заставляй меня его произнести! И это я – Рапира, я, сколько раз мы уже это обсуждали!!

Мари не дала ему закончить.

- Ах ты подслушиваешь, значит, рыжий?? И другой рыжий тоже там?? Ну я вам покажу!

Она изо всех сил дунула в удлинитель ушей, надеясь, что ее месть дойдет до близнецов, а затем со всей силы запустила эти не только слишком длинные, но и конечно же слишком любопытные уши(а заодно и их обладателей) за дверь, громко ее за ними захлопнув.

Сириус тем временем сгибался пополам от хохота, глядя на злящуюся Мари, пинающую бедную старинную дверь, на эту настоящую взбалмошную гриффиндорку в его старой клетчатой рубашке, которую она отрыла где-то еще на прошлых каникулах, непонятно как и зачем.

- Ты обалденная девчонка, Мари Сарвон! Мог бы я выйти отсюда, сразу же пригласил бы тебя прокатиться на мотоцикле над ночным Лондоном. Ты как относишься к мужчинам постарше?

Оба рассмеялись, Мари заливисто, а Бродяга все же немного грустно. Затем он покачал головой, словно разгоняя мысли. Но Мари знала, на самом деле Сириус разгонял воспоминания, которые так и роились вокруг него.

- Да, был бы я лет на 10 помладше... – потом Мародер вдруг серьезно задумался, явно пересчитывая разницу в возрасте в стаканы с огневисски – лет на 5 помладше!... – закончил он, явно считая мысль завершенной – Можешь в общем передать Фреду, что ему не о чем волноваться.

Не дав ничего спросить или сказать, он подмигнул ей, а затем очень быстро обнял на прощанье, слегка похлопав девушку по плечу, и вышел из комнаты.

Мари осталась одна и на нее вдруг накатило чувство какой-то пугающей завершенности, непонятное и совсем неосознанное, но тем не менее сильное как удар бладжера плашмя. Гриффиндорка закрыла глаза и снова включила проигрыватель, как назло все не играла и не играла нужная песня, так что оставалось только дремать.

А тем временем в соседней комнате под хохот Джорджа исходил от ревности Фред.