В дверь, к счастью, вошли Гарри, МакГоногал и Рон.
- Профессор Дамблдор, Поттеру приснился кошмар…
- Это не кошмар!
- Ладно. Поттер, рассказывайте сами. – МакГонагал сурово поджала губы.
Гарри рассказывал про коридор, змею, Артура и по мере его рассказа Рон становился все бледнее. МакГоногал привела Фреда, Джорджа и Джинни. Дамблдор же тут же отправил несколько колдунов с портретов узнать как Артур, а затем, пошептавшись с вернувшимися директорами, без слов создал портшлюс.
Джинни и близнецы стояли с растерянным видом.
- Вы пользовались портшлюсом? – Спросил Дамблдор. – Тогда держитесь. Мисс Сарвон, вы тоже.
Мари очень удивилась, что Дамблдор разрешил ей отправиться на площадь Гриммо на три дня раньше каникул, но послушно коснулась антикварного чайничка. Портшлюс перенес их в гостиную дома на площади Гриммо, где их встретил обеспокеный Сириус и провел на кухню, где все и сели за стол.
-Так что случилось? – Спросил тут же Сириус, который явно скучал здесь по любым новостям.
- У меня... – начал Гарри. Это было даже хуже, чем рассказывать Дамблдору и Макгонаголл. – У меня было... что-то вроде... видения… Я видел коридор и огромную змею, которая напала на вашего отца…
Рон, по-прежнему белый как мел, бросил на него удивлённый взгляд, но ничего не сказал. Когда Гарри закончил, Фред, Джордж и Джинни некоторое время не сводили с него глаз, в их взглядах было что-то обвиняющее.
- А мама здесь? – тут же спросил Фред, поворачиваясь к Сириусу.
- Она, наверно, ещё даже не знает, что произошло, – ответил тот – Самое главное было забрать вас из школы раньше, чем Амбридж успеет вмешаться. Но думаю, что сразу после этого Дамблдор известил Молли.
- Нам нужно в больницу, – решительно сказала Джинни.
- Погодите, нельзя же вот так взять и отправиться в больницу!
- Ещё как можно! – упрямо возразил напряженный Фред. – Это же наш папа!
- А как вы объясните, откуда вам известно, что Артур ранен? И как вы узнали об этом раньше, чем его жена?
- Да какая разница! – горячо воскликнул Джордж.
- Такая! Зачем лишний раз привлекать внимание к тому, что у Гарри видения! – сердито воскликнул Сириус. – Вы что, не понимаете, как к этому отнесутся в министерстве?
На лицах близнецов было написано, что им глубоко наплевать, как и к чему отнесутся в министерстве. В воздухе как будто витало напряжение, как в небе перед ударами молнии. Рон, мертвенно-белый, молчал. А Фред продолжал – гремел гром:
- Мы могли узнать от кого-то ещё, не от Гарри!
- А от кого? – раздражённо бросил Сириус. – Послушайте, вашего отца ранили, когда он был на дежурстве по заданию Ордена. Ситуация сама по себе скользкая, а если к тому же выяснится, что буквально через несколько секунд после нападения его дети уже знали о случившемся, то это может серьёзно навредить деятельности Ордена...
- Плевать нам на ваш идиотский Орден! – заорал Фред.
- Наш отец умирает, а ты разглагольствуешь! – завопил Джордж.
- Ваш отец прекрасно знал, на что идёт, и если вы всё испортите, вряд ли он скажет вам спасибо! – вспылил Сириус. – На войне как на войне... потому вас и не взяли в Орден... вам не понять... есть вещи, ради которых стоит умереть!
- Хорошо тебе говорить! Сидишь тут! – взревел Фред. – Сам-то ты головой не рискуешь!
И без того бледное лицо Сириуса окончательно превратилось в маску – казалось, он сейчас ударит Фреда... Но, сумев овладеть собой, Сириус подчёркнуто спокойно заговорил:
- Понимаю, это тяжело, но мы обязаны вести себя так, будто ещё не знаем о несчастье. Поэтому мы останемся здесь и будем ждать известий от вашей матери. Ясно?
Фред с Джорджем по прежнему стояли с вызывающим видом, оба с силой сжимали кулаки, но Джинни медленно отошла к ближайшему креслу и бессильно опустилась в него. Мари подошла к Фреду сзади и взяла его за руку. Она снова почувствовала тягучий страх, как и после злосчастного матча по квиддичу, но в этот раз злоба Фреда означала лишь то, что она будет рядом и больше не даст ему сидеть одному. Близнецы еще минуту сверлили Сириуса взглядом, но потом сдались и сели на диван. Джинни свернулась в кресле, как кошка. Джордж немного успокоился, но Фред все еще явно нервничал, бросая недобрые взгляды в сторону Сириуса. Мари села на резной подлокотник рядом с ним и обняла за шею. Несколько недель назад она так же успокаивала Джорджа. Фред повернулся, посмотрев в глаза, склонился головой к ней. Она поцеловала его в лоб, легонько и невесомо. Так они и сидели вдвоем и, пусть с виду ничего не изменилось, но именно тогда Мари окончательно решила, что разорвет на клочки каждое письмо, которое придет от отца ли, Марка или Эйдана. Фред сосредоточенно смотрел куда-то в размякшую от сугробов линию горизонта, а за окном все падал и падал снег, кружась под светом ленивых пригородных фонарей, и собирался в мягкие кремовые сугробы.
Теперь оставалось только ждать…