Все возбуждённо зашептались и стали расходиться, как всегда, по двое – по трое; большинство, проходя мимо Гарри, желали ему счастливого Рождества.
- Джордж, прости. Я случайно! Я перестаралась просто. – Мари повисла у него на руке.
- Охотно верю. – вздохнул рыжий близнец, смотря на считавшего галлеоны Фреда.
Уже в гостиной она сидела на полу, возле кресла. Гермиона что-то говорила Рону, про ОД, и кроме них в комнате почти никого не осталось. Мари тщетно пыталась заклинаниями предать маршмэллоу в своем какао форму львов. Ничего не получалось, зефирки таяли и гривы медленно растекались белыми кругами по сладкой пенке.
Гарри вернулся спустя полчаса.
- Что ты так долго? – спросила Гермионой.
Гарри не ответил, он явно пребывал в состоянии шока и казалось даже слегка пошатывался.
- Гарри, с тобой всё в порядке? – Мари тоже заинтересовалась.
Друг неуверенно пожал плечами. Он кажется и сам вообще не понимал, что с ним.
- Да что такое-то? – Рон приподнялся на локте, чтобы получше разглядеть Гарри. – Что случилось?
- Это Чо? – принялась выяснять Гермиона. – Поймала тебя после собрания?
Гарри оторопело кивнул. Мари захихикала, но, поймав взгляд подруги, смолкла.
- И что же она... э-э... хотела? – притворно невинным тоном поинтересовалась Мари, сдерживая смех. – Она... – начал Гарри; голос прозвучал хрипло, он откашлялся и начал снова: – Она... э-э...
- Вы целовались? – деловито спросила Гермиона.
Рон сел так быстро, что опрокинул чернильницу, и та пролетела по всему коврику, разбрызгивая кляксы на разноцветный ворс. Полностью проигнорировав это обстоятельство, Рон жадным взглядом впился в лицо Гарри.
- Да? – потребовал ответа он.
Гарри поглядел на светящееся весёлым любопытством лицо Рона, на чуть сдвинутые брови Гермионы, на надутое и покрасневшее от смеха лицо Мари и кивнул.
- ХА! – Рон победно вскинул кулак и оглушительно захохотал. Второкурсники, тихонько стоявшие у окна, вздрогнули от испуга и явно подумали о том, что уж они то так себя вести через несколько нет не будут, а Гермиона с глубоким отвращением посмотрела на Рона и вернулась к своему письму.
- Ну? – отсмеявшись и подняв глаза к Гарри, спросил Рон. – И как это было?
Гарри подумал с минуту.
- Мокро, – честно признался он.
Рон хрюкнул, но что он хотел этим выразить – ликование или омерзение – сказать было трудно.
- Потому что она плакала, – мрачно добавил Гарри.
- Ой, – улыбка Рона слегка увяла, – ты что, так плохо целуешься?
- Откуда я знаю, – ответил Гарри. Такое объяснение ещё не приходило ему в голову, и он сразу забеспокоился. – Может, и плохо.
- Какая ерунда, – рассеянно, не переставая строчить письмо, проговорила Гермиона.
- А ты откуда знаешь? – вскинулся Рон.
- Чо последнее время плачет почти постоянно, – с непонятным выражением сказала Гермиона. – За едой, в туалетах, везде.
- Почему? – Мари удивилась. – Я ни разу не видела.
- И, по идее, от поцелуев она должна была бы повеселеть, – хихикнул Рон.