Сова (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Близнецы синхронно переглядываются и говорят.

— Мы вас оставим, пожалуй, будем ждать на заднем дворе.

Фред целует Мари в щеку и комната снова пустеет. Мари смотрит на Драко в упор и понимает, его тут тоже есть с чем поздравлять…

— Поздравляю, папочка.

Тот в ответ шутливо поднимает брови, прямо светится весь своей хорошей улыбкой — видно, что теперь он улыбается так чаще, по лицу тут же рябью плывут глубокие морщины именно этой, настоящей улыбки.

— Оу, не думаю, что теперь уместно так меня называть…

— Дурачина! Я о том, что ты стал отцом.

Мари смеется и толкает его в плечо. Вся эта шутка не разбудила ничего в ее душе, приятную пустоту вежливости, дружбы, старой памяти и ничего больше нет. Было много, а ведь было так много! Но они все спалили. Без остатка, шутя, спалили сами… Возможно, они и были не правы, но что теперь уж. Мари скользит торопливо взглядом по нему всему, ищет — чего? Ответов на вопросы? Вопросов на свои ответы? Не находит там ничего. Мари понимает – это был долгий путь, путь разный — от теплоты в душе до отвращения, желания отмыться металлической кухонной щеткой, но это лишь еще одно подтверждение, что что-то действительно было. Сейчас она слышит, как Драко говорит о своем сыне и понимает, что все сложилось именно так, как должно…

— Он замечательный, Мари.

Она улыбается ему.

— Правда?

— Самый красивый ребенок в мире…

Он тут же загадочно прищуривается.

— Ну что, Мари Уизли. Ты думаешь, что пришел только я?

Драко улыбается — это ведь такая радость и картинно открывает дверь, словно режиссируя незнакомый Мари спектакль. В дверях, слегка смущаясь, появлается Тео. К горлу подкатывает тошнота — ее будто бы выталкивают на сцену играть незнакомую роль. Мари не знает слов. Она смотрит на будто побелкой покрывшиеся волосы, которые уже не так контрастируют с бледной кожей, вмятину от сигареты на губах, тонкие руки, и боже. В лучах солнца Тео кажется нереальным, прозрачным, истончившимся. Его кожа потеряла упругость, стала сухой и тонкой как пергамент; а круги под глазами фиолетовые до черноты, кальмарово-чернильные… И Мари горько говорит себе.

«А мы постарели…»

Не он. Мы.

Мари подходит и заключает его в крепкие объятия. Он же молчит и смотрит на ее руки. Думал, будет просто, но… Он помнил ее руки тогда – мягкие, с тонкой кожей, с чуть выпирающими венками, с редкой россыпью едва-едва заметных еще полупрозрачных коричневых пятнышек, которые можно счесть за веснушки… Сейчас же. Ему страшно смотреть на ее руки. Какие они должны быть у женщины в сорок? Руки, которые обнимали его были руками старухи. Красные, обветренные, испещренные морщинами, которые уже больше напоминают сетку трещин. Сколько времени прошло, сколько же прошло времени…

Нельзя ее смущать – нельзя. Он пробормотал.

— Я… Я не просто так, у меня для тебя кое-что есть, я бы не пришел просто так, правда.

Он сбивчиво оправдывается и Мари смеется. Он сдается, понимая, что лучше один раз показать и просто плюнув на все говорит.

— Пойдем на задний двор?

Теперь он стоял перед ней и она снова была в белоснежном платье, простеньком и больше напоминающем сарафан, она казалась даже более юной, чем на их свадьбе и неловко сжимала в своих давно не юных руках букетик полевых цветов.

— Пойдём, — он берёт её за руку, ободряюще сжимает замёрзшие пальцы.

Небо смыкается над ними яркой синевой, вспыхивает цветными змейками летающих тут и там шутих. На секунду Мари кажется, что сама магия искрится тут и следит за ними, готовая жестоко наказать тех, кто не пожелал смириться с её властью. Глупость — у магии нет и быть не может сознания. Она злится на себя за это волнение, за нелепые мысли. Но вот они с Тео подходят вплотную к квиддичным кольцам около Норы, и Мари, наконец, берёт себя в руки. Она слышит голос Тео…

— Ты готова?

— Да, — Мари не сводит с него горящих глаз. Яркие губы удивлённо приоткрыты, несмелая улыбка трогает их уголки. Тео почти не помнит её такой.

Он помогает ей усесться на метлу в этом белом платье, и вот они уже в воздухе, всё выше и выше, не могут сдержать синхронно-ликующего крика.

Мари ощущает воздух, ощущает небо, как оно ластится к ней мягкими воздушными потоками как котенок. Оно цвета черничного йогурта и очень мягкое.

Они летят над лесом, и воздух вокруг них искрит магией, не причиняя никакого вреда. Пусть Мари падает в каждую воздушную яму на своём пути, пусть метла неудобна и даёт немалый крен, всё это пустяки. Осторожное солнце красит розовым ее белое длинное платье, а воздух густой и сладкий, как холодный яблочный сок.