— Ну.
— А почему он… чёрный?
У них на глазах кусок чёрного «хлеба» поднялся в воздух, на него шлёпнулись сразу три куска загадочного «salo», и вся эта конструкция улетела вперёд и юркнула в окно паровоза.
Юрий проследил полёт и пожал плечами, отвечая на заданный вопрос:
— Потому что чёрный, — он повысил голос. — Не аристократы, чай, чтоб от чёрного хлеба нос воротить.
Гарри оглянулся. На краю крыши стоял, скрестив руки на груди, Драко Малфой. Он глядел на оставляемые позади железнодорожные пути и старательно игнорировал всех присутствующих.
Поттер пожал плечами и принялся за еду.
— Скажите, а мы уже в России?
— С чего вы это взяли, барышня? — Юрий вскинул бровь.
— Ну… вокруг всё в снегу…
Окружающий мир на секунду расплылся, словно в быстрой перемотке видео, и вместо поля поезд теперь ехал через заснеженный ельник.
— Во-первых, не в России, а в Советском Союзе, — наставительно поправил её Юрий. — А во-вторых, ещё только к границе подъезжаем. Ночью мы с руководством обменялись шифровками. Нам откроют северо-западный коридор, оттуда до школы будет рукой подать.
— Э-это хорошо… наверное.
— Кстати, я, кажется, узнаю эти места. Смотрите.
Гарри обернулся туда, куда показывал Юрий, но ничего не увидел — только дым из паровозной трубы. Он открыл было рот, чтобы спросить, но тут железная дорога начала поворачивать влево, и дым тоже стало относить в сторону.
— Мерлинова борода… — выпучил глаза Рон.
— Это… это… — вторила ему Гермиона.
Гарри тоже не находил слов открывшейся перед ними картине.
Это напоминало огромное, раскинувшееся на полнеба северное сияние. Зарево охватывало весь восточный край горизонта, переходило от насыщенно-солнечно-жёлтого к алому с одной стороны и фиолетовому с другой. Находясь в постоянном движении, это свечение вместе с тем создавало впечатление прочности и надёжности, защиты.
— Что это? — выдавил, наконец, из себя Гарри.
— Железный Занавес, — с немалой гордостью ухмыльнулся Юрий. — Гениальное творение советских инженеров. Вообще-то, сам термин ваш Черчилль придумал, но мы решили, что название хорошее. Повезло, что утром подъезжаем, когда через него солнечные лучи преломляются. Обычно он полупрозрачный, как ртуть.
— Я никогда о таком не читала… — зачарованно проговорила Гермиона. — Зачем он нужен?
— Это защитный экран. Сплав современнейших достижений науки и магии. Он не пропускает через себя любые виды враждебного воздействия. Щит Родины, так сказать.
— Вы… хотите сказать… что это как стена вокруг всей страны? — переспросила она. — Чтобы люди не могли выйти наружу?
— Почему? У нас много туристов за кордон выезжает, — Юрий пожал плечами. — Это скорее для того, чтобы всякие Волдеморты не смогли пробраться внутрь. Его не пробить ни заклинанием, ни снарядом, ни даже ядерной бомбой. Мы испытания проводили со стороны Северного Ледовитого Океана.
— А что такое ядерная…
— Ох, Ро-он… ну, слушай, это такая…
Гарри привычно пропускал Гермионин трёп мимо ушей, во все глаза глядя на приближающийся Железный Занавес. Тот и впрямь вскоре потускнел, стал почти прозрачным. Видно было, что внутри он состоит из потоков текущей полупрозрачной энергии. Они были словно нити, из которых сплетена ткань. Игра красок и бликов завораживала, и Поттер потерял счёт времени, любуясь ей. Занавес приближался, и одновременно в груди нарастало чувство приближения к какой-то тайне, к чему-то неизведанному, что только ждёт своего первооткрывателя. Словно на первом курсе перед Хогвартсом.
Паровоз оглушительно загудел, словно радуясь предстоящему возвращению домой.
*