Глава IV. Исламская экономическая модель: опыт и перспективы ее применения в мусульманском мире (на примере отдельных стран)
4.1. Иран
До начала XXI столетия исламская экономика, или исламская экономическая модель, зачастую представлялась Западу далеким, не имеющим к нему прямого отношения явлением. Между тем уже в 1990-е гг. исламские банки и страховые компании, действовавшие в странах Юго-Восточной Азии и на Ближнем Востоке, стали вызывать интерес со стороны не только мусульман, но и проживавших в указанных регионах немусульман. Так, например, среди клиентов исламских банков в Малайзии значительное число составляли представители местной китайской диаспоры.
В 1990-е гг. интерес к исламским финансовым услугам стали проявлять крупные западные транснациональные банки, работавшие в странах мусульманского Востока. Стали создаваться т. н. «окна» — специальные подразделения западных коммерческих банков, функционировавшие на беспроцентной основе. Параллельно дискутировался вопрос об учреждении исламского банка в Великобритании — стране, где проживает экономически активное мусульманское меньшинство. После долгих согласований в 2004 г. был учрежден «Исламик Бэнк оф Бритн» («Исламский банк Британии») — первый в Европе самостоятельный исламский банк, созданный и зарегистрированный в соответствии с законодательством Англии и получивший лицензию Управления финансовых услуг Великобритании (FSA). Это дает возможность для открытия «Исламским Банком Британии» филиалов в других странах-членах ЕС.
При этом речь не идет об изменении банковского законодательства Англии или другой страны ЕС в соответствии с шариатом. Государство в лице контролирующих финансовых органов в Великобритании пошло по пути внесения незначительных изменений в законодательство с тем, чтобы снять преграды на пути развития рынка исламских финансовых услуг.
Однако не все государства, где функционируют исламские финансовые институты, восприняли опыт Великобритании. Все страны, в которых в Новейшее время были предприняты попытки применить исламскую экономическую модель или ее отдельные положения на практике, можно разделить на 3 группы:
1. страны, где исламизация проводилась в масштабах всей экономической системы (Иран, Пакистан, Судан);
2. страны, где возобладала т. н. дуалистическая модель, при которой исламские и традиционные институты сосуществуют в одном правовом поле, при этом деятельность исламских финансовых институтов регулируется специальным законодательством (Малайзия);
3. страны, где функционируют отдельные исламские финансовые институты и в которых не принято специального законодательства, регулирующего их деятельность (Великобритания, Турция и др.).
В данной главе будет рассмотрен опыт применения исламской экономической модели в ряде мусульманских стран — представительниц трех вышеуказанных групп. Особое внимание автора уделено Ирану, Пакистану и Судану, где исламизации подвергся весь финансовый сектор.
По мнению ряда исследователей, руководство Ирана более последовательно, чем правительства других мусульманских стран, проводило политику исламизации экономики, вернее ее финансового сектора[403].
Однако данное утверждение окажется не совсем корректным, если обратиться к фактам. После победы Исламской революции 1978–1979 гг. в Иране новое руководство страны не имело перед собой четкого плана экономических реформ. Так называемая концепция тоухидной[404] экономики оказалась мало приспособленной для проведения серьезных экономических преобразований в духе ислама, как того хотели некоторые представители духовенства. Сам термин «тоухидная экономика» стал активно употребляться после публикации одноименной книги Аболхасана Банисадра[405], изданной за рубежом буквально за несколько недель до начала Исламской революции[406]. Очень быстро труд Банисадра получил широкую известность в стране (во многом благодаря фигуре самого автора) и стал рассматриваться как дополнение к классической работе Хомейни «Исламское правление» («Хокумат-е эслами»)[407].
В качестве модели в «Тоухидной экономике» выступает идеальное исламское общество, где каждый является собственником средств производства. При этом собственность на последние допустимо ограничивать пределами возможностей (трудовых) каждого человека, а не капитала, а высокий доход, полученный без приложения дополнительного личного труда, неправомерен. Если собственность не основана на личном труде, она должна принадлежать исламскому государству.
Автор видит образцовое исламское общество как мир, где господствует изобилие и отсутствуют государственные границы и где главной ценностью провозглашается знание. Подобное общество, по мнению автора, вполне реально через 12 поколений. Иными словами, речь в книге идет об идеальной модели, в то время как анализ конкретной ситуации практически остался вне поля зрения автора.
В «Тоухидной экономике» довольно четко прослеживается влияние утопических социалистов, прежде всего Прудона, с чьими трудами исламский интеллектуал Банисадр, долгое время живший и получивший образование на Западе, был знаком непонаслышке.
Российский исламовед В. П. Цуканов выделяет следующие признаки тоухидной модели:
1) Основная проблема с точки зрения тоухидной экономики — неправомерное распределение богатства. Главный акцент в тоухидной модели, как и в исламской экономике в целом, сделан не на производстве, а на распределении, обмене и потреблении. Эксплуатация выступает не как следствие безвозмездного присвоения, а как результат неправильного использования прибавочного продукта и прибавочной стоимости;
2) Отрицание взаимосвязи между ростом частной собственности и товарно-денежным характером производства;
3) Автаркия как средство освобождения от экономической и политической зависимости от других стран. Преобразования проходили вне связи с аналогичными преобразованиями в других странах (Пакистане, Судане, Малайзии). В Иране со времени победы Исламской революции так и не было выработано единой программы по исламизации экономики[408].
Таким образом, несмотря на автономность иранской тоухидной модели, ее общие положения с определенными оговорками в целом согласуются с постулатами исламской экономики.
То, что термин «тоухидная экономика» имеет к Банисадру непосредственное отношение, подтверждает тот факт, что после ухода этого деятеля с поста президента и советника имама Хомейни в 1981 г. экономика Ирана вскоре перестала именоваться тоухидной, по крайне мере в самой стране.
Однако Банисадр и Пейман были далеко не единственными в Иране, кто писал об исламской экономике. Одним из первых, кто затронул вопросы исламской экономической модели, был Махмуд Талегани (1911–1979), чья работа «Ислам и собственность» вышла из печати в 1951 г. Аятолла Талегани не предлагал какой-либо развернутой концепции исламского экономического порядка. Не уделяя, как и многие исламские ученые, писавшие об экономике, должного внимания вопросам регулирования производственных отношений, Талегани анализировал преимущественно вопросы распределения богатства в свете шариата. Ученый выступал за ограничение собственности в интересах всего общества в соответствии с мусульманским правом.
В своей опубликованной в 1961 г. книге «Наша экономика» один из авторитетнейших шиитских богословов Новейшего времени аятолла Мухаммад Бакир Садр, опиравшийся на методологию неоклассической школы, подчеркивал, что в исламе отсутствует своя экономическая теория. Садр выступал за усиление роли государства в экономике, подчеркивал важность его функций в деле поддержания социального баланса. По мнению Садра, главный критерий легитимности собственности — цели, которым она служит. Ученый отдавал приоритет общественным интересам перед частными.
Значительное влияние на развитие представлений иранцев о справедливом экономическом порядке оказывали идеи виднейшего мусульманского мыслителя ‘Али Шариати (1933–1977). Высказывания Шариати о том, что идеальное общество — это бесклассовое общество, разделялись представителями организации «Моджахедин-е халк» («Народные борцы за веру»), представителями левой мусульманской интеллигенции и др. Но, как и Талегани с Садром, ‘Али Шариати не сформулировал какой-либо законченной концепции исламской экономики. Однако из всех вышеперечисленных авторов, занимавшихся вопросами экономического развития, именно Шариати был, пожалуй, самым оригинальным мыслителем, в то время как работы других исследователей были лишь творческой переработкой экономических идей мусульманских и европейских авторов Средневековья и Нового времени[409].
Таким образом, после победы Исламской революции у руководства страны не было внятной концепции социально-экономического развития в духе ислама. Утопические идеи Банисадра в силу объективных, но более субъективных причин не годились в качестве теоретической базы для исламских экономических реформ, а другими авторами не было сформулировано комплексной концепции развития в соответствии с шариатом. В то же время опыт других мусульманских стран в деле исламизации экономики оказался вне поля зрения иранских экономистов.
Одним из ключевых моментов на начальном этапе экономических реформ после победы Исламской революции в Иране был вопрос о собственности. Конституцией Исламской Республики Иран (ИРИ) 1979 г. приоритет отдавался общественной собственности. Исходя из этого, в стране вскоре после Исламской революции начался процесс национализации и усиления роли государства в экономике. Национализация не обошла стороной и банки. В период с 1979 по 1983 г. в стране осуществлялась национализация и централизация банковского сектора. На момент начала реформ в ИРИ функционировало 36 коммерческих и специализированных банков. После национализации было создано 5 коммерческих и 4 специализированных банка.
В 1983 г. был принят Закон Исламской Республики Иран «О банковских операциях без рибы (ростовщического процента)» (вступил в силу с 1984 г.). В соответствии с данным законом все банки в стране должны были в течение года перевести свои депозиты на беспроцентную основу, а в течение трех лет привести все свои операции в соответствие с требованиями шариата[410]. Было сформулировано 14 типов операций, пригодных для формирования активов и пассивов банков: мудараба, мурабаха, иджара, салаф (аналог бай’ ас-салам), джу‘ала и др. Кроме того, банки получили возможность покупать долговые инструменты на срок не более года при условии, что они подтверждены реальными активами.
В соответствии со ст. 3 Закона банки в ИРИ уполномочены принимать депозиты на условиях, предусмотренных для каждого из нижеследующих типов счетов: 1) беспроцентные (карз ал-хассане (араб. — кард хасан)), которые, в свою очередь, делятся на текущие и сберегательные, и 2) инвестиционные депозиты на определенных условиях. При этом держателям как текущих, так и сберегательных счетов гарантируется сохранность депонированных средств. Подобная гарантия, как нам представляется, не вполне соответствует представлениям большинства исламских ученых о необходимости банка и вкладчика делить риск.
Законом разрешается, «используя рекламные приемы» (ст. 6), предоставлять вкладчикам нефиксированные премии в виде наличных средств или в виде беспроцентных депозитов; освобождать вкладчиков от оплаты каких-либо банковских услуг или комиссионных или предоставлять скидки при оплате комиссионных и/или сборов; предоставлять вкладчикам приоритет в банковском обслуживании при осуществлении банковских операций[411].
Что касается срочных инвестиционных счетов, то их владельцы имеют возможность получить дополнительные, помимо основной суммы депозита, средства, размер которых находится в зависимости от прибыльности проекта, финансируемого банком. Однако и здесь гарантируется сохранность основной суммы.
[403] Ziauddin Ahmad. Islamic Banking: State of the Art // Islamic Economic Studies.— 1994.— Vol. 2, No. 1.— Rajab (December).— P. 21; Белокреницкий В. Я. Послевоенная модернизация в странах Западной Азии. Общие тенденции и расходящиеся траектории развития // Особенности модернизации на мусульманском Востоке. Опыт Турции, Ирана, Афганистана, Пакистана.— М., 1997.— С. 40; и др.
[404] От араб. «таухид» — единобожие. В контексте тоухидной модели экономические отношения рассматриваются как неотъемлемая часть исламского образа жизни.
[405] Аболхасан Банисадр (р. 1933) — первый президент Ирана (с сент. 1980 г.), советник Хомейни. В противостоянии со сторонниками аятоллы Бехешти потерпел поражение. Указом Хомейни Банисадр был снят с поста главнокомандующего вооруженными силами. Верховный суд возбудил против него дело по обвинению в превышении власти. В меджлисе обсуждался вопрос о политической некомпетентности президента и его несоответствии занимаемой должности. 21 июня 1981 г. решением меджлиса, утвержденным рахбаром (Хомейни), Банисадр был смещен с поста главы государства. Преследования сторонников Банисадра вынудили его скрыться. В настоящее время проживает во Франции.
[406] Аболхасан Банисадр. Иктисад тоухиди (на персидском). С электронной версией второго издания книги можно ознакомиться по адресу: http://www.banisadr.com.fr/Books/EGHTESAD-TOHIDI/html/EGHTESAD-TOHIDI.html
[407] После смещения Банисадра в 1981 г. место неофициального главного экономического идеолога перешло к Хабибулле Пейману.
[408] Цуканов В. Концепция «тоухидной экономики» в ИРИ // Специальный бюллетень ИВ АН СССР.— М., 1981.— С. 129-131. К этому перечню необходимо также добавить политику поощрения мелких производителей.
[409] Подробнее об идеях ‘Али Шариати на русском языке см.: Малушков В. Г. Философские и общественно-политические взгляды ‘Али Шариати. Автореферат дисс. на соиск. ученой степени канд. филос. наук.— М., 1987; Исламская интеллектуальная инициатива в XX веке / Под ред. Г. Д. Джемаля.— М., 2005; и др.
[410] Вместе с тем во внешнеэкономической деятельности была сохранена прежняя процентная система.
[411] В первые годы после революции одним из видов поощрения банками клиентов была оплата хаджжа.