Дети времени: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Однако жуки слишком долго откладывали прорыв – если таковой и был задуман. Теперь они оказались внутри загона, а подручные Бьянки быстро и умело их убивают и снимают с них панцири. Мастера из Большого Гнезда тут же принимаются сооружать из их частей доспехи, стараясь как можно полнее покрыть Порцию и ее подруг тяжелыми и громоздкими доспехами из хитина. Клыками и сильными лапами они изгибают и ломают куски панцирей, чтобы лучше подогнать по телу, паутиной закрепляя на воительнице каждую деталь.

Пока они работают, Бьянка излагает свою теорию. Пауссины используют многочисленные и очень сложные запахи, чтобы заставить муравьев их кормить и за ними ухаживать. Эти запахи постоянно меняются по мере изменения муравьиной защиты. Химический язык жуков оказался настолько сложным, что Бьянка его расшифровать не смогла.

Однако существует и главный запах, благодаря которому жуки живут, – и этот запах не меняется. Этот запах не атакует муравьев напрямую, а просто говорит колонии: «Здесь ничего нет». Муравьи вообще не замечают жука, если тот не пытается активно с ними взаимодействовать. Это не враг, не муравей, и даже не безжизненный комок земли – это просто ничего. Для слепых, руководствующихся запахом муравьев жуки создали некую активную невидимость, так что даже при прикосновении, даже когда усики муравья гладят ребристый панцирь жука, колония регистрирует пробел, пустоту, на которую не обращают внимания.

Нулевой запах сохраняется даже после смерти, но не очень долго – вот почему жуков стали забивать в последнюю минуту. Бьянка предупреждает Порцию и ее подруг, что им следует спешить. Она не знает, на сколько хватит этой защиты.

«Значит, мы сможем просто их убивать, а они этого не заметят», – делает вывод Порция.

«Ни в коем случае. Ваша задача не в этом, – гневно отвечает Бьянка. – Сколько, по-вашему, вы смогли бы уничтожить? А если вы начнете на них нападать, их собственная охранная система сможет подавить действие ваших доспехов».

«Тогда мы будем убивать яйцекладущую касту», – говорит ей Порция.

Даже в движении муравьиная колония все равно остается растущим организмом, постоянно производя яйца, чтобы возместить свои потери.

«Нет, не будете. Вы разойдетесь по колонии, как было запланировано, и будете ждать распада ваших пакетов».

Пакеты – это еще одна часть плана. Они являют собой другую сторону умений пауков. Бьянка изготавливает их сама, составляя вещество из нескольких компонентов и останков пауссинов и заключая его в шарики из паутины. Это вещество, опять-таки, хранится недолго.

У паучьей алхимии долгая история. Она выросла из запаховых меток, которыми пользовались их далекие предки, быстро усложнившись и усовершенствовавшись после контакта с видами, подобными муравьям, которыми можно умело управлять и которых можно завлекать с помощью искусственных запахов. Для такого паука, как Бьянка, благодаря личному опыту и обладанию Пониманиями прошлых поколений, смешивание веществ происходит на визуальной основе, в которую вплетаются и остальные чувства. Это позволяет ей использовать свои впечатляющие зрительные участки мозга для представления веществ, с которыми она работает, и их составных частей в виде репрезентативного мысленного языка молекулярной химии. Она подстегивает алхимические реакции экзотермическим катализатором, который дает тепло без опасного открытого огня.

Срок годности ограничен не только у самих веществ, но и у их паутинных контейнеров. Благодаря точному расчету они высвободят свое содержимое практически одновременно, что крайне важно, так как Порция и ее подруги не будут иметь возможности координировать свои действия.

Бьянка вручает воительницам оружие. Им известно, что надо делать. Передвижная крепость врага расположена впереди, в темном лесу. Им необходимо выполнить свою задачу за оставшееся у них очень короткое время, иначе они погибнут, а за ними последует и вся их цивилизация. Тем не менее все элементы их существа, отвечающие за инстинкт самосохранения, протестуют. Порция и ее отряд двигаются медленно и неохотно, несмотря на то, что Бьянка сзади их торопит. Страх смерти был дан им при рождении задолго до разумности – и определенно задолго до появления какого бы то ни было альтруизма. Несмотря на всю важность их задачи, этот страх трудно подавить.

А потом ночь становится днем: пауки смотрят в небо, с которого ненадолго прогнали звезды.

Что-то приближается.

Они ощущают, как воздух сотрясается от ярости, как почва сочувствующе колеблется, – и съеживаются внутри своих тяжелых доспехов, испуганные и ошеломленные. Шар огня прочерчивает небо, а следом идет полоса грома. Никто из них понятия не имеет, что это может быть.

Когда он падает на землю – в границах прочесываемой муравьями территории, – он уже потерял немалую часть скорости, но все равно удар отдается по их чувствительным лапам так, словно весь мир только что выкрикнул какое-то громадное тайное слово.

Мгновение они не шевелятся, окаменев от животного ужаса. Но затем кто-то из них вопрошает, что это было, и Порция углубляется в себя и находит ту часть своей личности, которая всегда открыта для непостижимого: пугающее и чудесное понимание, что в мире есть нечто большее, чем могут видеть ее глаза и осязать ее лапы.

«Посланник спустился к нам», – говорит она им.

В это мгновение – из страха и надежды – она полностью себя в этом убеждает, потому что случившееся только что настолько далеко от ее опыта, что может быть объяснено только тайной всего сущего.

Кто-то потрясен, а кто-то полон скепсиса.

«Что это означает?» – вопрошает одна из воительниц.

«Это означает, что вам надо выполнять вашу работу! – отстукивает Бьянка позади них. – У вас мало времени. Вперед, вперед! А если здесь с вами Посланник, то, значит, он вам благоволит – но только если вы добьетесь успеха. Если это Посланник, покажите ему силу и хитроумие Большого Гнезда!»

Порция машет педипальпами в энергичном согласии, и тогда все повторяют ее движение. Глядя на дымный след, все еще скрывающий ночное небо, Порция видит в этом знак с небес, с небес Посланника. Ей кажется, что многие часы, отданные благоговейному созерцанию математических тайн Храма, когда она находилась на грани озарения, привели ее к этому.

«Вперед!» – командует Порция, и ее отряд устремляется в сторону врага, зная, что Бьянка и ее команда двигаются следом. Доспехи из панцирей жуков тяжелые и ухудшают обзор, в них неудобно бежать, а прыгать и вовсе невозможно. Они похожи на первых ныряльщиков, готовых погрузиться во враждебную среду, от которой могут защитить только их костюмы.

Они стараются двигаться по лесной земле как можно быстрее: доспехи цепляются за их суставы, замедляя и калеча их. Тем не менее они полны решимости, и, когда оказываются рядом с муравьями-разведчиками, их черные доспехи помогают пройти этот заслон, словно ветерку.

Сами разведчики очень взволнованны и спешат в направлении того сгущающегося дыма и разгорающегося огня, где прошел Посланник: в своем слепом атеизме они, несомненно, готовы создать пожарозащитную полосу, чтобы уберечь колонию – и, неведомо для себя, врагов своей колонии.

А потом Порция и ее сподвижницы оказываются прямо у муравьиной крепости. Эта крепость и есть колония. Муравьи построили вокруг древесного ствола громадное сооружение, покрывающее десятки квадратных метров по горизонтали и вертикали и составленное только из муравьев. Глубоко внутри крепости расположены инкубаторы и ясли, кладовые с запасами пищи, ряды куколок, в которых созревает следующее поколение солдат, – и все эти помещения, туннели и ходы, которые их соединяют, построены из муравьев, сцепившихся друг с дружкой лапками и мандибулами. Все строение – это алчущее чудовище, которое сожрет любого, посмевшего сюда вторгнуться. И муравьи не целиком погружены в сон. По туннелям постоянно двигаются цепочки рабочих, удаляющих отходы и тела умерших, а сами коридоры смещаются и перестраиваются так, чтобы регулировать внутреннюю температуру и вентиляцию крепости. Это замок со скользящими стенами и внезапно разверзающимися подземельями.

У Порции и ее сподвижниц нет выбора. Они – избранные воины Большого Гнезда, закаленные ветераны, сталкивавшиеся с муравьями в десятках сражений. Их победы были мелкими и редкими. Слишком часто им удавалось только либо уменьшить потери или их замедлить. Они уже поняли, что просто воинских умений, скорости и силы мало, чтобы справиться с многочисленностью и целеустремленностью суперколонии, для которой эта крепость – всего лишь одна из лап. И хоть они пока еще не подозревают об этом, но кроме плана Бьянки других вариантов у них нет.

У крепости они разделяются: каждая ищет отдельный вход внутрь. Порция решает подниматься наверх, волоча свою громоздкую вторую шкуру по лестнице из тел живых муравьев, и, проходя по ним, ощущает, как дергаются их лапы и усики, обследуя ее бронированное подбрюшье. Пока все хорошо: в ней не распознают чужачку немедленно. Она вполне способна представить себе, что произойдет, если колония узнает, кто она на самом деле. Сама стена превратится в зубастую пасть, которая ее перемелет и проглотит. У нее не будет никаких шансов.