Дети времени: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Керн разорвала контакт полностью, предоставив шаттлу мятежников скользить к зеленой планете, ежесекундно сокращая громадное расстояние до нее. Холстен постарался заснуть, неловко свернувшись в кресле, которое идеально подходило для того, чтобы гасить перегрузки торможения… и больше ни для чего.

Он то задремывал, то снова просыпался, потому что отсутствие Керн не означало прекращения радиосвязи. Он понятия не имел, кто сделал первый вербальный выстрел, но теперь его постоянно будил непрекращающийся спор между Карстом на преследующем их шаттле и того, кто на тот момент сидел за пультом связи.

Карст был в своем тираническом репертуаре, голос «Гильгамеша», подкрепленный авторитетом стоящего за ним человечества (глаголящий устами его никем не избранного представителя, Фрая Гюина). Он требовал полной капитуляции без всяких условий, угрожал уничтожением в космосе (хотя даже Холстен знал, что шаттлы на такое не способны), неубедительно угрожал гневом уснувшего спутника и, исчерпав все возможности, переходил на личные оскорбления. У Холстена создалось впечатление, что Гюин возложил на Карста всю ответственность за бегство мятежников.

О нем и Лейн все-таки упоминали, что радовало. Видимо, в приказы Карста входило освобождение заложников, хотя, возможно, и не в качестве приоритета. Он потребовал разговора с ними, чтобы убедиться, что они еще живы. Лейн обменялась с ним парой едких фраз, которые не только удовлетворили его в этом отношении, но и лишили желания требовать большего. Он продолжал включать их возвращение живыми и здоровыми в список своих маниакальных требований, что было почти трогательно.

Мятежники в свою очередь забрасывали Карста собственными требованиями и убеждениями, весьма подробно расписывая все трудности, которые встали бы перед лунной колонией, и заявляя об отсутствии необходимости в ее создании. Карст отвечал теми же доводами, которые уже приводила Лейн, только излагая их менее внятно – словно бездумно повторяя чужие слова.

– А зачем они вообще за нами гонятся? – устало спросил Холстен у Лейн, когда эта ругань наконец полностью уничтожила всю надежду поспать. – Почему бы просто не отпустить нас, зная, насколько безнадежно все это дело? Ведь не ради же нас двоих?

– Не ради тебя, определенно, – уколола она, но, смягчившись, добавила: – Я… Гюин воспринимает все лично. – Это было сказано со странной интонацией, заставив его задуматься о том, какой именно опыт ей это показал. – Но дело не только в этом. Я один раз проверила способности основной команды по файлам «Гильгамеша».

– Доступ только у капитана, – отметил Холстен.

– Хорошим бы я была старшим бортинженером, если бы меня это остановило. Это же я написала почти весь режим доступа. Никогда не задумывался о том, в чем именно отличился наш господин и повелитель, что получил это место?

– Ну вот, теперь задумался.

– Долгосрочное планирование, представляешь? Способность принять цель и идти к ней, сколько бы шагов до нее ни было. Он один из тех, кто всегда видит на четыре хода вперед. Так что если он сейчас это делает, то это, может, и выглядит как уязвленная гордость, но у него наверняка есть веская причина.

Холстен задумался над этим, пока мятежники продолжали осыпать Карста руганью.

– Конкуренция, – пришел он к выводу. – В том случае, если мы все-таки пройдем мимо спутника и высадимся на планету, и переживем чудовищных пауков.

– Да, возможно, – согласилась Лейн. – Мы угребаем к Терраформе Б, или куда там еще, а потом возвращаемся через несколько столетий и видим, что Скоулз обжился на планете и, может, даже заключил сделку с Керн. Гюин…

– Гюину нужна эта планета, – договорил Холстен. – Гюин ищет способ победить спутник и захватить эту планету. Но ему не хочется сражаться за нее еще с кем-то.

– И больше того: если Скоулз действительно здесь обоснуется и отправит сообщение со словами: «Спускайтесь, пауки – душки», то что, если масса народа захочет к нему присоединиться?

– Так что, по сути, Гюину нельзя нас игнорировать. – А следом пришла еще одна мысль. – И, по сути, наилучшим результатом для него, не считая капитуляции, стал бы такой, где Керн разносит нас на кусочки.

Лейн выгнула брови и посмотрела в сторону ссоры.

– А мы можем услышать, если Карст что-то передает спутнику? – спросил у нее Холстен.

– Не знаю. Я могла бы пойти и выяснить, если эти шуты дадут мне попытаться.

– Думаю, надо.

– Да, наверное, ты прав. – Лейн отстегнулась и осторожно встала с кресла, что привлекло к ней внимание большинства мятежников. – Слушайте, можно мне на минутку на связь? Только…

– Он запустил дрон!

– А ну, показывай! – Скоулз рванулся вперед, схватил Лейн за плечо и пихнул ее, заставив отпустить спинку кресла Холстена и улететь к задней стенке кабины. – А ее ни к чему не подпускать, пока не поймем, что происходит!

Сзади послышались стук и ругань. Лейн на что-то налетела и поспешно нашла опору, чтобы не допустить рикошета.

– С каких это пор на шаттлах есть дроны? – вопросила Нессель.

– Некоторые рассчитаны на перевоз техники, а не груза, – ответил сзади голос Лейн.

– А что могут делать дроны? – спросил кто-то еще.

– Он может быть вооружен, – напряженно объяснил пилот. – Или могут нас просто им протаранить. Дрон может разгоняться быстрее нас, а мы вообще начали торможение.

Наверное, выпустили сейчас, потому что оказались достаточно близко.