Дойчлянду не было дела до принесённого пойла и пьяных кудахтаний цыгана, он воткнул отвёртку в отверстие для щеколды своей межкомнатной двери, тем самым обезопасив сон от посягательств сожителей. Ему так казалось…</p>
<p>
</p>
<p>
Спустя двадцать минут, отвергнутый всеми Миро, стал искать утешения. Поскольку его самым близким другом был Дойч, то и жизнь портить своим присутствием цыган решил именно ему. Миро без перерыва тарабанил в дверь и призывал немедленно напиться. Дойчлянд ворчал, но вскоре уступил.</p>
<p>
</p>
<p>
Пьянствовали до вечера. Между делом Миро обеспокоился состоянием Ильи, и, узнав, что музыканту от спазмов помогает амфетамин, предложил свою заначку. Илья незамедлительно согласился.</p>
<p>
Лютая коричневая спидуха легла в ложку, была залита кипячёной водой и через поюзанный шприц, без петуха, совершила стремительный вояж в «столицу Австрии».</p>
<p>
</p>
<p>
К слову, Миро этот стафф пёр около суток, именно поэтому он не спешил его сдалбливать. Для Ильи же этот завар стал судьбоносным, даже роковым, хотя и временно избавил его от спазмов. В тот день музыкант сделал свою последнюю инъекцию. Только т-с-с! Ребята об этом ещё не знали.</p>
<p>
</p>
<p>
В тонком мире дельфин с шестью крокодильими лапами бушевал. Тёмные струи сочились по каналам Праздника, отравляя призрачного хранителя. Существо чихало, прыгало по крыше притона, пыталось укрыться у стен рюмочной, но энергия, которую генерировало в нашем мире тело Ильи, находила мерцающее чудовище и мучила его.</p>
<p>
</p>
<p>
Тем временем в притоне Миро терял человеческий облик, а к Дойчлянду на огонёк собирался зайти мальчик старшего школьного возраста, чтобы заняться сексом под чем-нибудь интересным.</p>
<p>
Услышав о предстоящих гомосексуальных утехах, гомосексуальный же Миро устроил целую истерику. Мол, как же так, бурить угольные шахты и без меня? Цыгана это страшно расстроило. Но на стороне Дойчлянда была бо́льшая трезвость. Миро грязно ругался, пытался вяло сопротивляться, когда Дойч выносил невменяемого цыгана спать на лужайку около дома. Поступок, на первый взгляд, не очень красивый, но даже Иисус после полугода вписок прогнал бы Иуду на мороз, если бы тот мешал ему ебать юного мальчугана под мефедроном.</p>
<p>
</p>
<p>
Вернувшись в дом, Дойчлянд пошёл в ванную, чтобы привести себя в порядок. В зеркале отразилось лицо то ли святого, то ли мумии.</p>
<p>