Ты - моя зависимость (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Теперь Энакин знал, что пережила Асока, что чувствовала она все эти дни, недели, месяцы, годы, и понимал, как слеп он был хоть к кому-то, кроме себя самого. Скайуокер просто ненавидел собственную персону за то, что он вовремя не заметил очевидного, просто не обратил внимания на важные, достаточно серьёзные факторы изменения поведения падавана, и его невнимательность чуть не убила её. А ведь джедай мог быть куда внимательнее, осмотрительнее, умнее, после того случая с матерью, но нет, похоже, жизнь его ничему не учила. Иначе, как такая ситуация могла повториться вновь?

Но самое ужасное в этом было не бесконечные болезненные угрызения совести генерала, и даже не то, что он действительно был виноват, а то, что Тано, правда, страдала, правда, была на волосок от гибели и, правда, сломала свою собственную жизнь, которую неизвестно можно ли было ещё спасти. И если раньше Энакину её влюблённость, её наркомания, её реабилитация казались не такими уж серьёзными, то теперь он понимал всё, теперь он действительно знал истинные масштабы разрушения и по-настоящему разделял ту необъятную боль, которую столько времени так мужественно скрывала и таила в себе несчастная тогрута. Теперь вся ужасающая картина, наконец-то сложилась перед Скайуокером в одно целое, и от того, что он увидел на ней, джедай уже из последних сил едва сдерживал слёзы жалости, как-то абсолютно неосознанно вдавливая металлическую кисть в области сердца в грудь.

Асока едва успела замолчать, закончив последнее предложение, кажется, Тано собиралась добавить от себя что-то ещё, как была грубо и бесцеремонно перебита, лишь только успев открыть рот.

- И это твоё оправдание?! Это действительно твоя причина, чтобы скатиться до последней-распоследней наркоманки?! – резко вскочив со своего места, при этом весьма агрессивно толкнув рукой её с грохотом упавший стул, громко заявила до сего момента спокойная и почти неприметная девушка, мгновенно обращая на себя всеобщее внимание.

Возможно, она и вовсе не была бы замечена никем из присутствующих до тех пор, пока не настала бы очередь этой наркоманки рассказывать о себе, и, может, слишком увлечённые каждый своими проблемами пациенты не уделили бы ей особого внимания даже тогда, если бы незнакомка так не вспылила после признания Асоки. Её резкое вмешательство в чужую «исповедь» настолько приковало всеобщий интерес к этой девушке, что только сейчас присутствующие с удивлением обратили своё внимание и на неё, и на её интересную внешность.

На удивление участников собрания это тоже была тогрута, причём достаточно похожая на выступавшую джедая. Невысокая, хрупкая девушка лет, примерно, семнадцати-восемнадцати, с ярко-оранжевой кожей и премилым личиком, покрытым индивидуальными белыми узорами. Одень её в то же платье, что и Асоку, и издалека эту незнакомку можно было вполне по ошибке принять за саму Тано. Различали их разве что немного иные черты и рисунки лица, приятный и нежный фиолетовый цвет полосок на почти таких же, как и у падавана Скайуокера, по длине монтралах и лекку агрессивной наркоманки и её тёмные, чуть ли не чёрные, большие карие глаза. Эта девушка вполне могла бы сойти за некоторую, слегка искажённую копию Асоки или за её сестру, от чего, стоя друг напротив друга обе наркоманки смотрелись как-то необычно, тем более, что взгляды их невольно встретились и, казалось, от напряжения сейчас вот-вот посыпятся искры.

Тем временем, ничуть не обратив внимая на то, что все окружающие как раз обратили на неё своё внимание, наглая, агрессивная наркоманка продолжила её грубое наступление на никак не ожидавшую подобного Асоку:

- Влюбилась она в учителя, а он оказался женат! Бедная девочка, давайте поплачем вместе! У неё такие проблемы! – от злобы и язвительности незнакомая тогрута даже закатила глаза, явно перекривливая Тано и весь её серьёзный тон, с которым та рассказывала свою историю, а затем, выдержав небольшую паузу, ещё более яростно ткнула в Асоку пальцем, - Да у тебя было всё! Всё о чём можно только мечтать, а ты наплевала на возможности, которых другим даже не дано, и скатилось на самое дно жизни по своей же капризности и глупости! Я думала, что вы, джедаи – высший класс общества, элита, а ты оказалась такой же обычной жалкой наркоманкой, как и я! Хочешь знать, что такое настоящие проблемы в жизни? Так вот тебе моё «откровение»! Я с детства восхищалась джедаями, чтила кодекс, знала всю историю и все доступные широким массам сведения об ордене. Больше всего на свете я хотела быть джедаем, вырваться из той посредственности, где мне приходилось жить – бедная квартирка на нижнем уровне, жалкая, тяжёлая и никому не нужная работёнка обслуги и предопределённая судьба быть ничтожеством до самой смерти, вкалывать за гроши и радоваться, если дома есть что пожрать хотя бы раз в день. Но не это самое важное… Я хотела помогать обществу, спасать жизни, я хотела посвятить себя служению светлой стороне, действительно верила во всё то, что пропагандировал орден. И что? Сейчас, глядя на тебя, я понимаю, что я ничуть не хуже, у меня могли быть такие же шансы, такая же судьба, световые мечи, учитель, признание магистров, косвенное благословение самой Силой. И мне даже задумываться не пришлось бы, откуда берутся все те средства, за счёт которых я обитаю в роскошном храме на верхнем уровне Корусанта, почти в царском дворце… Мы ведь даже внешне не так отличаемся. Но знаешь что? Одно большое «но» сломало всю мою жизнь. В отличии от тебя у меня никогда не было способностей к Силе, я с рождения бездарна, бесполезна и даже при этом я отчаянно пыталась как можно ближе держаться к ордену к его учениям. Да, ты правильно поняла, … , я, как и многие другие такие же никчёмные людишки и гуманоиды, устроилась туда на работу, выносить помои за такими … как ты, которые абсолютно не ценят тот подарок судьбы, что у них есть, лишь бы только быть ближе к своей мечте… Лишь бы только хоть чего-то добиться в жизни. И это было невыносимо каждый день копаться в этой грязи, и знать, что судьба так несправедлива, что рядом с тобой живут те счастливчики, у которых есть то, чего у меня не будет никогда. И да я в итоге не выдержала, сорвалась и скатилась до наркомании. Потому что не быть одарённой в нашей галактике это то же самое, что быть существом второго сорта, убогим и слабым, никому не нужным мусором, тем более, если изначально ты происхождением с нижних уровней Корусанта, где и останешься навсегда. А ты… Ты просто - … , жалкое, никчёмное ничтожество! У тебя с рождения был такой дар, у тебя с рождения было всё, чего не могло быть и уже никогда не будет у меня! Ты просто заняла в храме чужое место, моё место, или место тысячи других истинных приверженцев ордена и светлой стороны Силы! И что? В итоге ты променяла почти дар свыше на какого-то мужика! Предала орден, нарушила кодекс и скатилась в ту же помойку, из которой тысячи и миллионы жителей Корусанта мечтали бы выбраться, дабы оказаться на твоём месте в ордене. Ты не джедай, ты - … , ты последняя конченная наркоманка! А твой учитель – бабник-извращенец, жигало несчастное! Такие как вы порочите светлое имя джедаев! Такие как вы просто позорите орден!!! А теперь давай ещё раз расскажи нам всем про свои «огромные» проблемы в … любви со своим … учителем-… ! Тупая шлюха!

Слова, которые говорила незнакомая тогрута, видимо, слишком сильно, слишком болезненно давались ей, потому как с каждым новым предложением она всё быстрее и резче жестикулировала руками и больше повышала голос. Под конец её тирады, эта несчастная наркоманка уже орала на весь центр, просто трясясь от досады, злобы, раздражения, язвительности. Ей было тяжело, действительно тяжело переживать и чувствовать всё то, о чём она говорила, каждый день, ей было действительно тяжело и больно видеть Асоку, слышать о том, как легко Тано смогла отказаться от её мечты, от всего того, что не дано было никогда получить ей, как бы эта несчастная незнакомка ни старалась. И она сорвалась, в итоге она сорвалась окончательно. Громко прокричав последнюю оскорбительную фразу, девушка разрыдалась, разрыдалась жгучими и горькими слезами. Она всё ещё не понимала, за что судьба была с ней так несправедлива, и за что Сила дала свой дар такой никчёмной … , как эта самая Асока Тано.

Что же касается Асоки, та завороженно слушала всю историю миловидной тогруты от начала и до конца, как только та позволила себе её перебить. Сразу ученица Скайуокера видела в её обвинениях долю истины, возможно, даже слегка сочувствовала этой девушке, однако в её злоключениях не было никакой вины Тано, и особо отчётливо бывший джедай поняла это тогда, когда незнакомка окончательно сорвалась и стала крайне грубо оскорблять Асоку. Слова, сказанные ей в адрес Тано, бывший падаван ещё могла бы спокойно проглотить, по крайней мере в первые пять секунд, но вот то, что эта девушка говорила про Энакина, особенно если учесть, что он всё это слышал…

Это наглая и грубая наркоманка посмела посягнуть на нечто неприкосновенное, на самого близкого и дорого Асоке человека, и тогрута не сдержалась. С каждой секундой, с каждым новым мгновением, гнев в душе Тано разрастался в геометрической прогрессии и, в конце концов, та тоже сорвалась.

- Да что ты вообще знаешь о моём учителе, … ?! – громко вскрикнула Асока, резко рванувшись в сторону своей обидчицы, вся преисполненная желанием чем можно сильнее навредить ей.

- А то, что он - … , и ты абсолютно такая же! – на мгновение даже перестав плакать, всё так же дерзко заявила разъярённая тогрута, - И ты у меня сейчас за всё получишь, жалкая наркоманка! – тоже, будто позабыв, где находится, словно хищница на охоте, бросилась на свою «жертву» незнакомка.

- Это кто ещё наркоманка?!

- Ты – наркоманка, ты … !!!

Громкие и грубые слова, грязные ругательства, вскрики, визги, шум возни и ударов, продолжали и продолжали нестись со стороны двух сцепившихся не на жизнь, а на смерть тогрут. Каждая считала себя абсолютно правой, каждая защищала свои идеалы, принципы, жизненные и моральные устои, совершенно не замечая, в какой шок их спонтанная драка привела окружающих. Побоище двух глупых пациенток, уж точно никак не входило в план группы поддержки, от чего присутствующие не сразу нашлись что сделать, ещё несколько минут просто завороженно и тупо наблюдая за происходящим.

Обе наркоманки, а, вернее, бывшие наркоманки, уже порядком успели навредить друг другу, когда в драку, наконец-то, вмешались их родственники. С силой расцепив Асоку и ту незнакомую тогруту, Энакин и родители девушки развели дёргающихся, вырывающихся и продолжающих кричать вдогонку друг другу разные гадости «воительниц».

- Так тебе, это ты у меня ещё мало получила! – изо всех сил трепыхающаяся в крепком захвате Скайуокера, громко взвизгнула Асока, от безысходности махая ногами в сторону противницы.

- Да пошла ты! Это ты ещё мало получила, я тебе сейчас все лекку повыдёргиваю! – не осталась в долгу та, тоже от безысходности всем телом пошатнувшись в сторону Тано, однако и захват родителей незнакомки был силён, видимо дочь не в первый раз устраивала им подобные «концерты», впрочем, как и ученица джедаю.

Не желая, чтобы эта крайне неприятная сцена продолжалась и дальше, генерал, покрепче сжав Асоку в своих «объятьях», быстрее потащил её прочь, в сторону, причём так, чтобы Тано больше не видела свою противницу, эдакое «отрезвляющее зеркало её реальности». Стараясь привести Асоку в чувства, Скайуокер, скорее, нежно, чем с силой, обнял бывшего падавана со спины, при этом до сих пор достаточно крепко держа её хрупкие запястья на всякий случай, и стал говорить какие-то успокаивающие слова ей на монтралы, до тех пор, пока ученица совсем не перестала кричать, вырываться и даже возражать. Когда её внутренние волны гнева, наконец-то растворились в небытие, Асока ещё раз внимательно бросила резкий взгляд в ту сторону, где до этого пребывала тогрута-«враг номер один» и, с радостью убедившись, что и она, и её родители куда-то делись, пытаясь отдышаться, окончательно успокоилась.

Ещё несколько минут Тано и Скайуокер простояли в таком положении, пока подобные «обнимашки» на публике не стали совсем неуместными, и мастер не решил-таки, наконец-то, выпустить своего бывшего падавана. Причём сделал это очень вовремя, так как к ним уже спешила психолог-координатор собрания, а другие участники группы начали проявлять повышенное внимание, ввиду пропажи со «сцены действий» другого любопытного объекта.

Резко остановившись около парочки, явно ожидающей хорошего выговора за недостойное поведение Асоки, женщина лишь мило улыбнулась профессиональной улыбкой и абсолютно спокойным тоном заговорила:

- Во избежание повторения подобных конфликтов, думаю будет лучше, если я переведу обеих девушек в другие группы. Надеюсь, вы понимаете причину такого решения и поддержите меня.

Психолог произносила реплики очень мягко, но при этом достаточно настойчиво, к тому же не употребляя, нарочно избегая, слов, вроде, «наркоманка» или «пациентка» – очевидно, что такие случаи на подобных собраниях были не впервой. Впрочем, возражать ей или спорить по каким-то причинам, этих самых причин ни у Энакина, ни у Асоки просто не было. Абсолютно не важным ни для него, ни для неё являлся состав новой группы поддержки для Тано. От чего, не позволив бывшей ученице сказать и слова, дабы та вновь, вдруг, не натворила чего неподобающего, Скайуокер быстро согласился за них обоих.

Покончив с достаточно важной, официальной частью, координатор с облегчением вздохнула и чуть шире улыбнулась, видимо, столь сговорчивые люди ей попадались не всегда, а затем, выдержав небольшую паузу, не забыла прибегнуть и к другому знаку вежливости:

- Спасибо за понимание, - всё таким же спокойным и равномерным тоном проговорила психолог, - И кстати, благодарю вас, что вовремя помогли остановить драку, - обращаясь уже к генералу, перевела свой взгляд на него женщина.

Несколько минут всматриваясь в Энакина, координатор быстро перебежала глазами на тогруту и лишь потом задала вполне логичный и достаточно интересующий её вопрос:

- Кем вы приходитесь для Асоки?

Всё так же мило, словно давняя закадычная подруга, продолжая улыбаться, психолог замерла на месте в ожидании ответа. Ответа, в котором Энакин должен был давно разобраться и сам, ответа, который он должен был непременно дать и этой женщине, и всему миру, и Тано, и, конечно, себе.

Не так давно, Скайуокер уже был в подобной ситуации. Некоторое время назад абсолютно посторонний человек уж задавал ему подобный вопрос – Кем он приходился для Асоки? Почему был рядом с ней? Почему старался помочь и спасти? Тогда, в полицейском участке, стоя перед глазами обличающего его, будто видящего джедая насквозь продажного полицейского, генерал не мог определиться. Он не знал, кем являлся для Тано тогда, как не знал и никогда с тех самых пор, как девушка по собственному желанию покинула орден. Энакин часто задумывался о том, кем он был для тогруты с её стороны: учителем, другом, возлюбленным… Но только сейчас, когда жизнь вновь поставила его в такую неловкую ситуацию, когда Сила вновь заставила его сделать этот нелёгкий, выбор, наконец-то, хоть как-то определиться с собственным статусом, Скайуокер впервые задумался, кем он был для Асоки с его стороны. Нет, теперь, пройдя всё, что они прошли вместе, пережив всё, что пережили, узнав о чувствах бывшей ученицы, и абсолютно точно признав свои, генерал уже не мог как тогда соврать, что он просто был для Тано учителем, не мог сказать и что являлся ей, братом, другом, знакомым, а, тем более, никем. Теперь джедай был для тогруты кем-то большим, чем все эти слова и понятия, кем-то большим чем просто возлюбленным, ничуть не разделяющим искренних чувств девушки. Он был для бывшего падавана уже не просто мастером, Энакин действительно был для Асоки кем-то большим чем все вышеперечисленные понятия вместе взятые, как и она для него. Их связь была сильнее, чем подразумевало любое из слов подходившее под описание их прежних отношений, он был для неё, наверное, теперь даже некем большим, нежели для Падме – самым дорогим, самым родным, самым близким и любимым человеком. И чувства Асоки по отношению к Энакину были абсолютно взаимны, особенно теперь, после всего, что он услышал и узнал сегодня. Нет, признание Тано ничуть не оттолкнуло Скайуокера от неё, а, как раз наоборот, навсегда привязало прочнейшими невидимыми нитями, будто скрепило их союз посредством самой Силы, связало его и её раз и навсегда, заставляя лишь сильнее любить тогруту от осознания её чистой, искренней, непомерной любви. От чего на ум приходило только одно определение, и теперь Энакин точно знал, кем он является для бывшей ученицы и с её, и с его стороны.