Хозяева плоской Земли. Путеводная симфония: читать начало книги онлайн

– Эта твоя Татьяна, – ткнул Тито пальцем в фотографию, – появилась тут у нас где-то год назад. Устраивалась на подтанцовку как нелегалка, но мой директор быстро раскусил в ней изюминку, мы справили ей документы, и она стала одной из наших солисток. Во всех отношениях солисткой, сразу хочу уточнить, чтобы ты не подумал, что у нас тут филиал… этого, как там у них называется… Большого театра. Мои девочки и танцуют, и поют, и мебелью вон, когда надо, работают. Чтобы было потом, что вспомнить, а главное – на что вспомнить. В обиде на Тито Ди Лоренцо ещё никто не оставался. Разве что те, кто начинал капризничать. Татьяна не капризничала. А где-то пару месяцев назад на неё положил глаз один важный человек. Мне лишних скандалов не нужно, место у нас хорошее, намоленное, терять жалко, так что я её с богом и отпустил на все четыре стороны.

– А бога-то как звали? – не преминул уточнить я.

Тито поджал губы, плеснул себе ещё виски, причмокнул, но так ничего и не сказал. Полковник Митчелл, который явно был в курсе описываемых событий, снова похлопал меня по руке.

– Твоя знакомая не та, за кого себя выдавала. У неё, как видишь, уже давно своя, двойная, а может и тройная жизнь. – Заметив, что я готов возразить, слегка повысил голос: – Хорошо, что мы встретились снова. Я тебя тут как-то недавно тоже вспоминал. Кстати, тот телефон, что ты мне оставлял, не отвечает. Наверное, циферка не та закралась. Не подскажешь новый, в маленьком домике в Эмилье-Романье? – Он улыбался, однако я чувствовал в нём напряжение. Им обоим не хотелось, чтобы я брал след, в особенности – от порога их клуба.

– Думал, вы давно в Штаты вернулись, – сказал я, назвав по памяти номер и снова, как и в прошлый раз, поменяв местами две цифры. Так, на всякий случай. – Вы тоже с Татьяной встречались?

– Ну, можно встречаться, а можно встречаться, сам знаешь. Смотря что ты имеешь в виду. Видел её раз несколько. Красивая девочка. А в Штаты да, собирался отчалить, но Италия, сам знаешь, так легко не отпускает. Вообще-то, если честно, я уже на гражданке, но солдат – всегда солдат.

Сплошная многозначность! «Солдатами», как многим ведомо, в мафии называют низшую должность между «капо» и «подельниками». Но если прислушаться, многозначностями была пропитана вся наша неторопливая беседа. В подобной среде так принято. Только как мне всё это осточертело!

– Она сбежала из гостиницы. Сбежала, не заплатив. Очень похоже на то, что платил за её тамошний постой уже не какой-то «бог», а она сама. Иначе вряд ли бы у гостиницы били претензии. Причём я даже думаю, что она там поселилась вообще в долг и только потому, что когда-то её знали как платёжеспособную или знали спонсора. Она перекантовалась, пока искала варианты, а потом либо перебралась в более надёжное место, либо, ничего не найдя, была вынуждена удирать, потому что поняла: её там вот-вот этот самый спонсор накроет.

– Логика интересная, – хмыкнул Тито. – Но тебе-то с этого что? Или она просила тебя о помощи?

– Ни о чём она меня не просила и вообще произвела впечатление вполне самодостаточной.

– Хочешь сказать, что успел в эту её самодостаточность влюбиться? – усмехнулся полковник, не зло, скорее даже участливо.

– Влюбиться не влюбиться, а в том мире, в котором я воспитывался ещё до армии, правила поведения были совершенно определёнными. Там могли украсть или убить, но детей и женщин не трогали, никогда. А по мне, так девушки – это и женщины, и дети одновременно. И я не собираюсь отступать от своих принципов, даже если они кому-то кажутся дурацкими. Это моё дело. Сюда я пришёл, прекрасно отдавая себе отчёт в том, что могу не найти ни её, ни понимания. Спасибо за предупреждение.

Я встал.

– Погоди, Труффальдино, – сказал Тито. Сделав знак «статуе», добавил: – На сегодня свободна. И больше не опаздывай. Ступай. А теперь послушай меня внимательно, – продолжал он, когда мы остались действительно втроём. – Мне очень не нравится, когда меня начинают учить жизни. Но я согласен с Джимбо: в тебе что-то есть, парень, что мне симпатично. Возможно, ты мне напоминаешь меня в молодости. Я тогда тоже ничего не боялся и думал, что пули убивают только в фильмах. А потом, как и все, оброс бременем семьи, которая быстро открывает глаза на совсем другую действительность, и ты начинаешь видеть жизнь такой, какой она будет, если ты допустишь ошибку. Другой для твоих близких, потому что для тебя самого после этой ошибки жизнь просто прекратится. Я понятно выражаюсь?

– «Косильщик» говорил: хочешь совершить что-нибудь стоящее, отключай голову. Мозги боятся, а руки делают, разве не так?

– Ты мне тут только спорить не начинай, приятель, ладно? Я знать не знаю, сам ли ты такой прыткий или за тобой и правда кто стоит, но только Тито Ди Лоренцо давно ни во что не вмешивается. И потому, как видишь, неплохо себя чувствует и будет ещё долго сидеть в этом сраном кресле, курить эти сигары от камрада Фиделя и лапать девок. – Он закашлялся и судорожно махнул полковнику, чтобы тот продолжал за него.

– Тито хочет сказать, – заговорил тот, – что мы тебе поможем по старой памяти, однако нам нужны какие-нибудь гарантии того, что когда тебя поймают и развяжут язык, ты забудешь, как нас зовут. Мы тоже трепетно относимся к женщинам, но нам лишние истории не нужны. И есть ещё одна загвоздка – твой приятель, Паоло, если не ошибаюсь. Не заложишь ты, сольёт он.

– Он вообще-то не мой приятель. Я встретил его полчаса назад. Он меня просто подвёз. Он ничего не знает. Совершенно случайный человек.

– Случайных людей не бывает, – снова взял слово Тито. – И случайных встреч тоже. Поэтому давай договоримся с тобой таким образом. Я назову тебе имя дружка твоей Татьяны, делай, что хочешь, меня это не касается, но если завтра у нас тут из-за твоей ревности начнутся проблемы… Джимбо, ты ведь знаешь, где живут родственники нашего героя?

– Разумеется, – охотно согласился полковник и улыбнулся мне. – У меня осталась копия всей войсковой картотеки. И пойми, Конни, это не угроза, это правила. Мы искренне рассчитываем на то, что у тебя получится всё задуманное. Более того, если хочешь, я готов чуть попозже вернуться к нашему разговору и поделиться с тобой ещё кое-какой информацией, потому что я знаю – тебе доверять можно. По рукам?

Мы встали, я пожал руку полковнику, а Тито, перегнувшись через стол и поддерживая своё тучное тело на локте, прежде чем выпустить из крепких пальцев мою ладонь, шепнул:

– Синьор Маттео Теста, Testa Speditore S.p.A47.

Ни имя, ни название фирмы ничего мне не говорили, но я понимающе кивнул. На прощанье полковник Митчелл строго-настрого велел мне не пропадать и теперь, когда я тоже (с ударением на этом самом «тоже») знаю, где его найти, я буду для него всегда желанным гостем.

Паоло прогуливался по предбаннику и нервно почёсывался.

– Слушай, она что, была там голая?! – выпалил он первым делом.

– Ты ещё спроси, было ли это настоящее золото!

– Обалдеть…

Больше в тот вечер ничего стоящего упоминания не произошло, разве что аргентинский груз прошёл таможню раньше, чем ожидалось, но я от нечего делать вернулся в порт загодя и потому успел к самой погрузке. Микеле остался очень доволен, так что, когда я попросил дать мне парочку отгулов в счёт будущего отпуска, беззвучно согласился.

Если вы никогда не жили в Италии дольше положенного туристам срока или не имели с ней торговых отношений по работе, то вы, безусловно, ни про какую Testa Speditore не слышали и даже не представляете себе, насколько это мощная и вездесущая компания. Я же сталкивался с ней ещё задолго до того, как стал искать место водителя, и, честно говоря, просто не отважился в неё обратиться. Да и находился их центральный офис далековато: на другом краю Северных Апеннин, в столице Лигурии – Генуе. Так что, получив свободу, я заправил полный бак и, не раздумывая, устремился навстречу приключениям на собственную задницу.

Зачем именно я это делал, я точно не знал. Высокопарная речь, которую я тогда произнёс в кабинете Тито, была правдой лишь отчасти. Я старался не обижать женщин. Хотя некоторые этого заслуживали. Никакому кодексу чести я не следовал. Когда я промышлял машинным разбоем, никто уже особо не следил за тем, чтобы случайно ни обидеть какую-нибудь зазевавшуюся или слишком возомнившую о себе девушку. То, что я сказал, был почерпнуто мной из фильмов и рассказов старших товарищей. К тому моменту, когда я созрел, всем на всех было совершенно наплевать. Точное всего моё тогдашнее настроение можно передать словом «ревность». Как это так, думал я, заставляя свой Фиат нырять в нескончаемые тоннели, почему какой-то фирмач имеет право превращать красивую балерину в наложницу, превращать явно против её воли и считать, что это должно сойти ему с рук, потому что никто не отваживается ему перечить? Он что, не человек, которого можно напугать, избить, отравить, пустить в расход, наконец? Даже самым могущественным тиранам рано или поздно указывали на их место. А тут какой-то зазнавшийся итальяшка, какими бы телохранителями он себя ни окружил. Что он противопоставит праведному гневу настоящего ирландца, тем более такого, у кого от влюблённости в русскую разведчицу снесло крышу? Про «русскую разведчицу» я, конечно, хватил лишнего, но в тот момент это казалось мне забавным.

[47] S.p.A – акционерное общество (ит.)