В одной древней книге я вычитал, что у нашего леса есть свой дух-хранитель. Увы, но там не были указаны ни его размер, ни внешний вид. Только имя его я запомнил — Лес. Странное имя, но мы же говорим о духе.
Никогда бы не подумал, что стану первым человеком, кто встретится лицом к лицу с Лесом. Эту встречу мне не забыть никогда.
«Я вновь гулял в сени вековых деревьев. Прохладный воздух щекотал мне лицо, но ветерок почти не добирался до нижнего яруса леса. Яркое, но не палящее солнце приятно грело макушку. Птицы, уже совершенно привыкшие ко мне, весело щебетали и чирикали. Весёлая трель и шелест листьев не нарушали тишину леса, а наоборот только придавали ей выразительность. Поют птицы, значит нет поблизости хищников или людей, а именно этого я и желал.
Погрузившись в свои мысли, я не заметил, как вышел на пёструю полянку, полную ароматных цветов и трав. Посредине поляны стоял огромный раскидистый дуб, а за ним с тихим журчанием блестел хрустальными водами на солнце водопад.
Мирная картина была мне по душе, но посторонний шорох заставил меня обернуться. Я ждал чего угодно: птичку, зайца, волка, медведя, даже шпиона, но только не то, что предстало моим глазам.
Прямо передо мной стоял огромный дракон. Его тело словно было создано сплетением разнообразных веток и листьев. Мощные лапы, своим размером превосходящие даже мой рост, длинная шея, похожая на ствол векового дуба, гибкое тело, сильный хвост, могучие крылья, которым позавидовал бы самый большой Лесоруб, — всё это составляло образ легендарного зверя. Казалось, что дракон был статуей, но тихое, равномерное дыхание доказывали обратное.
Догадка, молнией сверкнувшая в моей голове, заставила меня поклониться дракону.
— Лес…»
Я научился медитировать. В таком состоянии я становился частью леса, часть этого спокойствия, умиротворенности, безмятежности. Энергия, текущая от дерева к дереву, от кустика к кустику, стала струиться и через меня. В этот момент я знал, где находятся мои одноплеменники, не заблудился ли кто, не нужна ли кому помощь.
«Я сидел, как обычно, в своём овраге, погрузившись в себя. Да, я вновь медитировал. В такие моменты ни один шорох листьев или лишний всплеск вод озерца, лежащего прямо передо мной, не ускользал от меня. Я чувствовал этот лес. Вот, я не вижу, но знаю, что я у восточной окраины леса сейчас развлекается Астрид, швыряя свой бесценную „боевую подругу“ во все близлежащие деревья. Лезвие секиры вонзается довольно глубоко, понемногу губя ещё молодые сосны. Лесу это не по душе. Он не хочет, что бы блондинка вредила здоровым деревьям. Но, увы, не навредив себе, помешать он ей не способен. Конечно, Лес вполне способен натравить на Астрид стаю волков, или даже медведя, но где гарантия, что она прекратит свои тренировки, а зверушки не пострадают?
Но… Что это? Маленькая девочка гуляет по лесу и тут ей навстречу выходит… Волк? О нет! Он бросился на рыженькую, но та успела залезть на дерева. Держись! Я помогу тебе, Уна, только не упади!
Я, схватив кинжалы, подаренные на мой одиннадцатый день рождения Плевакой, бросился на помощь к этой бестолковой девчушке. Ох, только бы успеть! Уна и волк на северо-восточной окраине леса, совсем не далеко от Астрид, но эта девица наверняка опять увлечена своими тренировками, что не заметит опасности, угрожающей той девчонке.
Уна — дочка Хельги, подруги моей матери. Именно она является одной из тех, кто относится ко мне нейтрально. И не сторонится, и не презирает. Это уже хорошо, как мне кажется. У Уны были красивые глаза цвета одуванчиков, и при этом очень серьёзные, словно не принадлежащие семилетнему ребёнку, и пышные волнистые рыжие волосы, которые она заплетала в косу. Хм, а имя подходит её волосам, но не более. Как маг огня может быть похож на волну?
Я выскочил прямо на поляну, где серый уже собрался пообедать. Ух, зверюга! Ну, нечего, иначе нельзя!
— Уна, лезь выше! — приказал я. В обычных условиях она бы меня, изгоя деревни, не послушала бы, но в данной ситуации от этого зависела её жизнь, а потому подчинилась беспрекословно.
Я перехватил поудобнее кинжалы и стал ждать действий волка. Зверь, заметив меня, приготовился к прыжку. И вот, оторвавшись от земли, он уже был готов впиться своими клыками мне прями в горло, но я увернулся, не забыв оставить на теле зверя глубокие раны.
Волк, видимо не понял, что произошло, а потому только сильнее разозлился и, не обращая внимания на боль, а она, наверное, была ужасной, вновь бросился в атаку. Я кровожадно ухмыльнулся, что совсем не похоже на меня, и повторил манёвр, проделанный минутою ранее, вновь глубоко ранив животное.
Зверь потихоньку начал слабеть от потери крови, и я, поняв, что уже можно, сам бросился в атаку. Но я остановился, увидев, что зверь уже не в состоянии драться, что он просто упал и следит за моими действиями.
Я встал на колени перед волком, истекающим кровью и прошептал:
— Ты дрался как настоящий воин. Ты не виноват, в том твоя природа. Ты делал то, что ею заложено. Я же выполнял свой долг. Прости и покойся с миром.
После этого я вонзил кинжал в сердце зверя, и он затих, уже навсегда. Только сейчас я понял, что весь в крови, но кровь не моя…
— Уна! Уна, что случилось? — послышался голос Астрид.
Ну, конечно! Пришла, как только всё уже закончилось! Где ты была, лучшая воительница, когда на Уна встретилась с волком?!
— Астрид, помоги мне слезть с дерева! — попросила рыжеволосая.
Ох, она же ещё ребёнок. Я совсем не подумал, что она не сможет самостоятельно спуститься. Ну, да ладно, хоть жива осталась, и то хорошо.
— Да как ты там оказалась?! — негодовала маг воды, помогая девочке вновь ощутить землю под ногами.
— Сама залезла. А потом мне Иккинг сказал забраться повыше, а теперь я слезть не могу… — ответила Уна.
— Ах, он, Троллин сын, пошутить вздумал, и где он теперь?! — разбушевалась блондинка.
Всё ясно, она меня не видит. Ну, а я продолжаю сидеть в том же положении, на коленях перед телом волка…
Астрид продолжала, что-то гневно выкрикивать, возможно, даже в мой адрес, но я её не слушал… Кажется, Уна указала на меня и голубоглазая прекратила свои тирады, шокировано замолчав.