Ее голос сорвался на имени Перри, поэтому она замолчала и сделала вид, что закончила свою мысль.
Сорен плюхнулся на противоположную сторону койки и разочарованно вздохнул. Стражи конфисковали его Смартвизор, и его одежда была покрыта грязью после их стычки с пилотами «Крыла дракона».
Ария вытянула ноги, глядя на свои грязные штаны. Дождевая вода высохла на легком материале, но она все еще чувствовала себя немного замерзшей и не в своей тарелке. Прошло несколько часов с тех пор, как Перри утащили в бессознательном состоянии. Она чувствовала его отсутствие повсюду, своей кожей и глубже, в своих мышцах и костях.
— Ты хочешь, чтобы я вел переговоры с отцом. — Сорен преувеличенно кивнул. — Правильно. Это сработает. Помнишь свои маленькие встречи с ним? Кофе в Венеции? Чай в Японии? Ты видела его гораздо чаще, чем я. И он точно не спешит встретиться со мной, не так ли, Ария?
— Он твой отец. Он хотел, чтобы ты покинул Грезу вместе с ним.
Сорен фыркнул.
— Он также оставил моих друзей умирать. Что ты хочешь, чтобы я ему сказал? «Прости, что мы взломали твою систему безопасности, выдали себя за тебя, захватили твой аэроход и убили нескольких твоих солдат, но не мог бы ты нас отпустить?»
— Еще одно слово, Поселенец, и я сделаю тебе больно, — голос Рокота был низким и полным смертельного предупреждения.
Сорен замер, ухмылка исчезла с его лица. Он покачал головой и с глухим стуком откинулся на спинку кровати
— Чудесно, — пробормотал Рокот себе под нос. Он подтянул колени и обхватил голову руками, дергая себя за волосы.
Наблюдая за ним, Ария увидела свое собственное разочарование. Сколько еще они здесь пробудут? Что Гесс и Соболь планировали для них? Маррон говорил, что в эти дни эфирные бури могут быть постоянными и повсюду. Неужели это происходит сейчас снаружи? Каждая секунда, проведенная в этой маленькой камере, лишала их шанса на выживание.
Ее взгляд упал на раненую руку, лежащую на бедре. Должен же быть выход из этой ситуации. Ей просто нужно было во всем разобраться.
— Сорен, — сказала она через некоторое время.
— Что? — устало спросил он.
— Когда Гесс придет за тобой, скажи ему, что я тоже хочу его видеть.
Через некоторое время она проснулась, обнаружив, что лежит свернувшись калачиком на жестком матрасе. Рокот стоял посреди комнаты, рассеянно глядя в пространство, пока его рука перебирала невидимое лезвие. Ария сотни раз видела, как он проделывал это с клинком, сверкающим на кончиках его пальцев. Он так всегда делал, это была его привычка и он не мог остановиться. Теперь там не было ничего, кроме воздуха.
Сорен ушел.
Рокот замер, когда увидел ее, смущение промелькнуло на его красивом лице. Он сел напротив нее и скрестил руки на груди.
— Ты была права. Час назад стражи пришли забрать Сорена к Гессу. — Рокот кивнул в сторону двери. На полу стояли пластиковая бутылка и два подноса. — Они принесли еду. Я собирался разбудить тебя, но ты выглядела так, будто тебе нужно поспать. Кроме того, это выглядит ужасно.
Ария села, пошатываясь.
— Как долго я спала?
— Несколько часов.
Она не собиралась спать, но боль в руке была невыносимой, и прошло уже больше суток с тех пор, как она отдыхала. Ее глаза закрылись, как только она опустила голову.
— А ты ел? — спросила она. Оба подноса выглядели нетронутыми.
Рокот пожал плечами.
— Я бы прямо сейчас выпил бутылочку Блеска. Больше ничего.
Она изучала его, покусывая губу. Рокот всегда был худощавым, но в последнее время его скулы стали резче, а под глазами залегли глубокие тени.
У нее тоже не было аппетита, но она схватила воду и присоединилась к нему на той же койке. Сделав большой глоток, она протянула ему стакан.
— Это не Блеск.
— Пей.