— Тогда не понимаю, почему ты психуешь? По мне, так Шавку должны были посадить ещё на шестом курсе, когда он меня чуть не подставил. А ты не сожрал. Тебя, кстати, тогда вообще могли казнить, как опасное существо. Так что справедливость восторжествовала. Успокойся.
Римус мучительно застонал и поднял на меня совершенно больные глаза:
— А если он невиновен?! Он не мог предать Джеймса. Не мог!
— Тогда пойди и спроси! — я спокойно посмотрел ему в глаза и, уже без всякой издёвки, продолжил: — Спроси его. Уверен, ты сможешь понять, лжет он или нет. Если его обвинили напрасно, ему понадобится поддержка. Он, конечно, сволочь, но Азкабан — это уж слишком. Даже для него.
— Ты прав, прав.
Люпин сорвался с места и заметался по комнате. Учитывая мизерные размеры нашей палатки, он ежесекундно рисковал свалиться прямо на меня.
— Надо посоветоваться с Дамблдором. Он должен знать, как быстрее получить свидание…
А вот этого надо было избежать любым способом, но не говорить же Люпину напрямую, что его любимый учитель вовсе не заинтересован в торжестве справедливости! Я опять зевнул и издевательски протянул:
— Ага, давай. Без его помощи ты точно не справишься. Так что вперёд! Директор ещё со школы решает все ваши проблемы, ему не впервой. Сосунок.
— Да пошел ты!
Люпин как пробка вылетел из палатки и не заметил моей самодовольной ухмылки. Теперь-то он точно к Альбусу и не сунется. Чего я, собственно, и добивался.
На следующей день, едва мы собрались позавтракать, как наше внимание привлек странный предмет, летящий в нашу сторону над кромкой леса. Издали это показалось лиловым конусом, довольно медленно скользящим над самыми верхушками деревьев. Я быстро вскочил на ноги и выхватил волшебную палочку. Люпин синхронно занял позицию возле меня.
Тем временем массивная фигура медленно приблизилась и зависла напротив нашего стола в футах пяти над землёй. Присмотревшись, я с изумлением узнал достопочтенного директора Хогвартса, облаченного в лиловую мантию и высокий старомодный колпак, расшитые золотыми звездами. Он восседал верхом на довольно ветхой метле, явно позаимствованной из школьной коллекции учебного инвентаря. Честно говоря, смотрелся он достаточно смешно и вовсе не солидно, полы мантии слегка колыхались на ветру, а на ногах, судорожно сжимавших древко метлы, чудом удерживались туфли без задников с загнутыми носками. Мерлин, старшее поколение волшебников, похоже решило устроить соревнование по самому неожиданному появлению! Но лорд Эвард, затянутый в байкерскую бандану, все равно внушал гораздо больше уважения и потому бесспорно лидировал. Или я просто предвзято сужу? Не важно. В общем, предсказание отца сбылось в полной мере: высокое начальство почтило нас своим присутствием.
— Здравствуйте, профессор, — стараясь сохранить полное хладнокровие, вежливо поздоровался я. — Мы никак не ожидали вас сегодня. Добро пожаловать.
— Доброе утро, профессор! Присаживайтесь, пожалуйста.
Люпин спрятал палочку и присоединился к моему приветствию.
Дамблдор медленно приземлился и благосклонно улыбнуться нам:
— Здравствуйте, друзья мои. Очень рад вас видеть. Нет, Римус. Не стоит утруждаться, — жестом остановил он Люпина, трансфигурировавшего для него стул, — я постою.
Это заявление меня удивило: не помню случая, что бы Дамблдор отказался сесть при первой же возможности. Чтобы проверить свое предложение, я с самой любезной улыбкой предложил:
— Разве вы не устали с дороги? Присаживайтесь, профессор. Чаю?
Дамблдор бросил на меня раздраженный взгляд и ещё шире улыбнулся.
— Я очень рад, Северус, сразу видно, что вы смогли найти с Римусом общий язык. Я просто горжусь вами.
Он сделал шаг и протянул мне руку. Я, не без тайного злорадства, пожал его морщинистую ладонь. В следующий момент директора с силой откинуло от меня. Машинально он сделал пару шагов и приземлился на услужливо подставленный Люпином стул. Раздался яростный вой, и из-под задницы Дамблдора повалил черный смрадный дым, а стул рассыпался в труху. Не удержавшись, директор плюхнулся на землю и смачно выругался, впервые на моей памяти. Люпин замер в нескольких футах от него, вытаращив глаза. Я же бросился поднимать высокое начальство с земли, еле удерживаясь от хохота.
— Вы не ушиблись, сэр?
— Нет. Спасибо, Северус, я в полном порядке, — проворчал он, поднимаясь на ноги. Края его лиловой мантии слегка обуглились, борода потемнела от копоти. Взмахом волшебной палочки он привел свой внешний вид в порядок и пристально посмотрел прямо на меня:
— Прежде всего, я хотел бы узнать: что делал здесь твой Наставник, Северус? — явно стараясь отвлечь нас от смехотворного падения, сурово произнес он. — Ты говорил ему, куда вы направляетесь? Местонахождение Избранного ребенка должно быть тайной от всех, я думал, это настолько очевидно, что не стоит даже напоминать об этом. Неужели ты счёл возможным оповестить о нем лорда Принца?!
Я бросил взгляд на Люпина, но тот только пожал плечами. Скорее всего, он не доносил директору о посещении отца. Впрочем, это было и не важно, в любом случае я был готов к этому вопросу.
— Нет, профессор. Я ничего не говорил ему. Он, скорее всего, нашел способ проследить за мной. Наставнику очень не понравилось мое длительное отсутствие, и он решил продемонстрировать свое недовольство таким способом. К сожалению, я не мог его остановить. Пока я связан ученическим контрактом, он имеет достаточно большую власть надо мной, вы же знаете.
— Понятно. Не думай, что я сомневался в тебе, Северус. Но позволь мне кое-что проверить.
Директор осторожно взял меня за руку, рассматривая запястье, затем вздохнул и печально покачал головой: