— О-дин, — капнула вода из неплотно закрытого крана. — О-дин…
Мужчина сжал голову руками и застонал.
— О-дин, — бухнула в ушах кровь. — О-дин.
Чувствуя, что еще немного, и он сойдет с ума, майор достал из холодильника бутылку водки и наплескал прямо в грязную кружку из-под кофе. Взгляд его случайно упал на лежащий рядом мобильник. Макс снова опустился на колченогий табурет и взял телефон в руки. Контакты. Любимая. С фотографии на него смотрела улыбающаяся Агафья. Его пальцы шевельнулись, обводя овал любимого лица. Повинуясь касанию, на экран, скрывая картинку, выползло меню: «Позвонить. Изменить. Удалить».
Он тронул иконку. Из мембраны понеслись длинные гудки.
— Да, — гудки сменились тихим голосом. Таким родным… Таким чужим… — Я слушаю Вас. Говорите.
Майор молчал.
— Не слышно ничего, — сказала кому-то девушка. — Ну, и ладно. Мне никто не нужен, а если уж я кому понадобилась — перезвонят.
— Разумеется, — донесся издалека искаженный мужской голос, и в уши майору ударили короткие гудки:
— О-дин. О-дин…
Макс взвыл и швырнул мобильный в стенку, где еще недавно висели часы. Осколки пластмассы брызнули во все стороны. Он залпом выпил мутную водку. Закашлялся и тут же налил еще. Через полчаса ему, наконец, все стало безразлично.
Глава 28
Середина сентября. Пятница
Капитан Корбов открыл глаза и со вкусом потянулся. Наконец-то, выспался! Он взглянул на часы. Стрелки подкрадывались к семи, вот-вот должен был прозвонить будильник. Николай зевнул и поднялся. Почесывая затекший локоть, он направился в ванную и будто споткнулся посреди коридора: дверь в комнату Агафьи стояла нараспашку, девушки не было. Опять.
Капитан нахмурился, моментально растеряв хорошее настроение. «В очередной раз где-то носится, — сердито подумал он. — И до Макса я вчера так и не дозвонился».
Размышляя, куда пропал его друг, и где болтается вторую, а то и третью ночь подряд несносная ведьма, Николай принял душ и, быстро позавтракав, побежал на работу.
Чем вчера занимался Макс, стало ясно, как только капитан переступил порог. Тяжелый запах перегара едва не вышиб слезу. Он молча прошел через комнату и распахнул окно, впустив свежий воздух и уличный шум.
— Ты головой думаешь? — обернулся он к другу. — А если сюда Бурундук зайдет? Из-за этой маленькой сволочи…
— Не называй ее так, — подал голос Макс.
— А как я должен ее называть, когда вижу тебя таким?! — возмутился Николай. — Какая-то мелкая дрянь вильнула хвостом, а ты решил на все остальное болт положить?
— Не кричи, — поморщился майор. — Голова болит…
— А как-то по-другому нельзя? — сбавил тон капитан. — Обязательно упиваться в хлам?
— Меня вчера накрыло. И около двенадцати я ей позвонил…
— Зачем? — нахмурился Николай. — Я думал, вы уже все выяснили.
— Не знаю, зачем.
— И?
— И меня накрыло с головой… Она была не одна.
— Понятно, — коротко кивнул капитан. — И все равно это не повод!
— У тебя анальгин есть? — невпопад отозвался Макс. — Башка трещит. Наверное, отравился.
«Пить надо меньше», — подумал Николай, но в слух говорить ничего не стал и, покопавшись в ящике стола, вытащил блистер с обезболивающим.