— Он очнется, госпожа Эсироу. Торину есть ради кого жить. Ради вас.
Это было одно из немногих, что слышал Торин, находящийся в абсолютной темноте. Он не мог двигаться, не мог открыть глаза, а иногда вообще не существовал. Зато в моменты, когда Дубощит ощущал свое тело, он чувствовал, как крепко сжимает кто-то его руку. Это была сильная хватка тонких холодных пальцев, и у Торина почти не оставалось сомнений, кто держал его так крепко.
— Торин, пожалуйста. Пожалуйста, Торин, очнись, — шептала ему на ухо Дарси Эсироу, девушка, отнявшая его от смерти. И Дубощит чувствовал, знал, что должен повиноваться. Надо было открыть глаза и ответить на миллион ее признаний, на ее крики и мольбы, надо было показать Дарси, что вот они — они выиграли, победили смерть. Но Торин ничего не мог сделать; он то чувствовал, то спал, то снова чувствовал, то снова спал.
Он не знал, сколько прошло времени.
Торин узнавал голос не только Дарси; к нему приходил Даин, Двалин, почти все из его отряда. Один раз он услышал, как Балин рассказывал Дарси о том, что происходило во время ее отсутствия. Дубощиту хотелось, чтобы все происходящее оставалось в секрете, потому что его безумие явно расстроило Эсироу. Он слышал, как Дарси слабо застонала и всхлипнула.
— Это ужасно, Балин, — сказала она. — Если бы я только могла быть здесь…
— Думаю, от этого стало бы только хуже, — сказал седовласый гном. — Помимо Аркенстона, он был бы одержим тобой, Дарси.
Сначала Торин начал управлять пальцами на ногах. Постепенно контроль над телом возвращался, и Торин даже пару раз открывал глаза. Он не мог продержать их открытыми дольше, чем несколько секунд, поэтому все, что он видел — потолок покоев, которые когда-то принадлежали ему. В те далекие времена, когда он был еще принцем Торином, наследником Короля-Под-Горой. А еще он чувствует чужое дыхание на шее, но даже повернуть голову не хватает сил.
Он не знает, сколько проходит времени, прежде чем он просыпается по-настоящему. Ему в бедро кто-то упирается головой, и что-то бормочет. Знакомое женское бормотание и выводит Дубощита из забвения.
Голова несколько побаливает, но вполне терпимо. Руки, ноги, да и все тело, кажется, налились свинцом, и Торин с лихвой ощутил тяжесть собственного тела. Но глаза он открывает не сразу. Торин понимает, что проснулся, но какое-то время еще лежит с закрытыми глазами, словно набираясь сил, или думая, что вот-вот снова наступит темнота.
Кто-то тихо обсуждает что-то. Узбад тянется рукой к голове Дарси — а в том, что это была именно его невеста, сомнений не было — но натыкается лишь на пустоту. Торин слабо стонет, сжимая покрывало в руке, и голоса замолкают.
Потом Торин открывает глаза.
Над ним — все такой же потолок его покоев. Часть постели — холодная и пустая, Дарси нет. Над ним склоняется сначала Даин, потом — Дис, с другой стороны.
— Дис? — хрипло зовет Дубощит сестру, будто не веря, что она здесь. Женщина прикрывает рот рукой и спешно кивает.
— Да, брат, я здесь, — говорит она, сжимая уже двумя руками его ладонь.
— Позовите лекарей! — кричит Даин, и через несколько минут Торина всего, с ног до головы, осматривают гномы-врачеватели. Сам же Дубощит все еще немного неловок в своих движениях, с трудом ощущая тяжесть собственного тела. Когда ему помогают сесть на кровати, Торин ощущает слабое головокружение, но в целом — полный порядок. Во время осмотра он не отрывает взгляд от двери, ожидая, что вот-вот вбежит запыхавшаяся Эсироу, но ее все нет и нет.
Дис и Даин стоят чуть в стороне, смотря на него. Только если в глазах Дис все еще и волнение, и даже страх, то Даин смотрит спокойно и уверенно, как всегда смотрел. В узбада этот взгляд вселяет небольшое спокойствие: Даин из тех, кто сразу сообщает плохие новости. Если бы случилось что-то страшное, кузен нашел бы способ сказать об этом.
— Фили? Кили? — хрипло интересуется Торин, пока врачеватели все еще осматривают его. Дис вся бледная, но она с трудом кивает, вздрагивая от звука его голоса. Один из гномов подносит ему кувшин с водой, и Торин выпивает почти все залпом.
— Они живи, — говорит Дис. — То, что их успели спасти, чудо — не иначе.
— Да, чудо, — бормочет Даин в бороду. — Чудо по имени Дарси Эсироу, не иначе.
Торин вскидывает голову, но в итоге ничего не говорит. Когда несколько врачевателей уходит, а два других заявляют, что Король-Под-Горой в порядке — не считая мелких ран и царапин, но их-то Торин точно переживет — Дис велит кому-то за дверью принести еды. Приказ выполняется за считанные минуты, и пока Торин ест — а он даже представить себе не мог, как проголодался, пока тонул в этой темноте — Даин рассказывает о битве, о ее завершение, о том, как Дарси спасала Торина и сыновей Дис.
В конце разговора Торин задает вопрос, единственный важный, как он считает.
— Где Дарси?
Дис и Даин переглядываются, а потом Даин усмехается.
— Имей совесть, братец, — говорит Железностоп. — Она сидела с тобой с того самого момента, как тебя принесли. Дай ей тоже отдохнуть.
Торин удивленно вскидывает брови, будто ему действительно сложно было поверить в то, что Дарси все это время была с ним. Но его собственные воспоминания — если это были воспоминания, а не желанные сны, которые Дубощит хотел бы видеть реальностью — и Даин говорили о том, что Эсироу действительно была рядом.
Торин с трудом вспоминал о последних минутах там, на Вороньей высоте. Он помнил, как прощался с хоббитом Бильбо Бэггинсом, а потом появилась Дарси и говорила о своей любви к нему. После ему почему-то снилась зима в Эреборе, и то, как они с Дарси танцевали под снегопадом.
— Дай Дарси отдохнуть, Торин, — мягко говорит Дис, видя, что слова Даина не очень убедили Дубощита. — Дарси действительно многое сделала для нашей семьи и… — гномка качает головой, а потом подходит к подоконнику и берет оттуда что-то. — Дарси просила кое-что передать тебе, если ты очнешься, а ее не будет. только она просила передать тебе это, — Дис протянула Торину конверт со вскрытой печатью. — Это письмо вроде от эльфов…
— Из Ривенделла, — добавил Даин. — Не знаешь, какие дела ведет твоя невеста с эльфами?
— Лорд Элронд оказал нам любезный прием, — вспомнил узбад, беря письмо. Бумага нагрелась на солнце. — Эльфы называют Дарси Звезднорожденная из-за ее красоты.