***
— Ладно, признаю, — Торин раздраженно выдохнул. — Твой медведь — не самый худший товарищ.
— Не то, что мы ожидали услышать, но спасибо, — Дарси тихо рассмеялась, а Армитог, внезапно преисполненный к Дубощиту какой-то новой дружбой, ткнул мокрым носом узбада в плечо. Двалин и Дарси рассмеялись, все остальные гномы снисходительно улыбнулись. Немного погодя можно было увидеть, как на скальном карнизе весело пылал костерок, вокруг которого суетились фигурки гномов, и в горах разлился дивный аромат жареного мяса.
Если на самой вершине скал было уже светло, то в низине солнечных лучей еще не было. Солнце еще как следует не поднялось, утро стояло прохладное, в распадках лежал туман, лишь кое-где задиравший к вершинам белые хвосты. Дарси легла животом на спину Армитога и прикрыла глаза: ночь была просто выматывавшая, а все еще небольшая простуда призывала поскорее заснуть. В идеале — в теплой постели, чисто вымывшись и завернувшись в теплый плед, но и около костра, прижавшись к большому меховому телу было не плохим вариантом.
Миновав Туманные горы, гномы решили устроить небольшой перерыв на часик-другой, по возможности немного поспать. Конечно, это было неразумно, учитывая, что орки были у них на хвосте, но трюк с орлами выиграл для них приличную фору. Им бы продолжить путь, но Гэндальф сказал, что это, вероятно, их последняя возможность полноценно отдохнуть перед входом в Лихолесье.
Первым на стороже остались Фили и Кили. Дарси, по привычке свернувшись рядом с Армитогом, смотрела на горящий огонь, прежде чем заснуть.
«Эребор оказался куда ближе, чем казался», — внезапно раздался в ее голове голос Армитога, и Дарси приоткрыла глаза.
«Да, — согласилась она. — Теперь это не кажется каким-то миражем, все так… реально».
«И не менее опасно, — фыркнул медведь. — Я буду первым Бронированный медведем, который войдет в Эребор после появления Смауга Ужасного».
Дарси ничего не ответила. Она снова постаралась заснуть, но тут Бронированный медведь зашевелился и, подняв голову, повел носом.
«Армитог?»
Медведь внезапно издал тихий, злой рык, и поднялся сначала на четыре лапы, а после — на две задних, обнюхивая воздух вокруг себя.
— Дарс, что он делает? — спросил Фили. Эсироу выпрямилась. Она подняла руку, показывая, чтобы гномы не мешали медведю. Армитог принюхивался еще какое-то время, а потом опустился на задние лапы.
«Они близко», — внезапно сказал Армитог, и Дарси сразу поняла, про кого говорит ее друг.
— Подъем, — громко, насколько это было возможно, сказала она. — Орки на пятки наступают, подъем!
Она пихнула в плечо Торина, потом — Двалина. Фили и Кили вскочили, и принялись тормошить остальных членов отряда.
— Что? — сонно пробормотал хоббит, когда Дарси, еще сонного вздернула его на ноги.
— Армитог учуял орков, — быстро объяснила девушка. — Они должны быть в десяти километрах отсюда, плюс-минус, чтобы их запах можно было уловить.
Гномы засуетились. Балин, который видел более старших медведей, чем медвежонок Дарси, внимательно цеплял каждое движение Армитога, а тот становился все более и более нервным.
«Они сразу меня учуют, — сказал Бронированный медведь. — Я могу их отвести от вас».
— Армитог может пуститься в другую сторону, чтобы сбить погоню, — вслух перевела Эсироу метания зверя.
— А потом он как нас найдет? — спросил Торин. Гномы были уже во все оружия. Дарси открыла было рот, но Гэндальф опередил ее.
— Мистер Бэггинс должен отправиться на разведку, чтобы мы поняли, как близко находится враг. Возможно, и разделяться не придется.
Идея отправить маленького хоббита, возможно, в самую пасть врага никому не пришлась по душе. Но после его фееричного спасения от гоблинов, слава бесшумного вора закрепилась за Бильбо Бэггинсом, поэтому хоббит получил строгие указания и отправился в путь. На поляне, на которой была разбита краткая передышка, воцарилась тишина. Казалось, гномы старались даже не дышать и лишний раз не дергаться.
Дарси, облокотившись спиной на большой валун рядом с Торином, бездумно трепала медведя по одной рукой ушам, которые выглядывала из-под шлема. Совсем неожиданно пальцев ее свободной руки что-то коснулись, и она подняла взгляд. Торин внимательно смотрел на нее, будто спрашивая, все ли в порядке — насколько вообще можно быть в порядке в подобной ситуации. Дарси слабо улыбнулась и незаметно кивнула ему, не сильно сжимая пальцы узбада своими. Армитог тихо зафыркал и уткнулся им в руки носом.
Хоббит вернулся где-то через полчаса, и гномы с Гэндальфом засыпали его вопросами. Бильбо, кое-как пытавшись отдышаться, сообщил о том, что помимо орков у них появилась новая проблема — огромный черный медведь. На этих словах Армитог заинтересованно приподнялся, стараясь, впрочем, не показываться из-за валуна и понюхал воздух снова, в этот раз стараясь уловить запах своего возможного сородича.
«Не Бронированный, — с видимым недовольством произнес Армитог, грохаясь на обратно на лапы. — План в силе. Я уведу от вас кого бы то ни было».
«Против варгов и орков еще можно тебе сразиться, но против медведя», — с сомнением качнула головой Дарси, но на медвежьей морде расцвело что-то, похожее на ухмылку. Он коротко, как-то нежно и грустно рыкнул, и потерся головой о голову Дарси. Девушка обхватила его морду руками и в ответ потерлась о холодную сталь щекой.
«Никто не договорится с медведем лучше другого медведя, — успокоил хозяйка Армитог. — In die naam van wapens («Во имя брони»)».
— In die naam van wapens («Во имя брони»), — вслух ответила Эсироу, и Армитог понесся обратно, пока стараясь не издавать никаких звуков. Дарси поджала губы, с тоской глядя ему в след.