Его рука проскользнула с живота к его нижней части. Длинные пальцы расстегнули молнию на ее юбке, и Ро слегка дернула бедрами, заставляя предмет одежды упасть вниз.
― Я ничего не вижу…
― Этого не надо, ― немного грубее говорит он, а его руки заметно напряглись, а ровные белые зубы, которые он всегда показывает в безупречной ухмылке, начинают кусать кожу на нежной для него шеи вампирши. ― Чувствуй.
Ровенна всерьёз задумалась о том, что он с ней делает. Одно прикосновение к ней, заставляет вампиршу стонать от удовольствия и сходить сума от желания. И от этого желания она просто не могла связать двух слов.
После следующего его действия, Ровенна резко вдохнула, запрокидывая голову на его плечо. Рейджи скользнул пальцами ниже, средним пальцем касаясь сокровенного места и слегка надавливая. Она почувствовала, как ее оторвали от пола, а в следующее мгновение она оказалась сидящей на твердой поверхности. Пальцы прошлась по деревянной поверхности.
― Стол… ― выдохнула она.
― Не важно, ― шепчет Рейджи, хриплым от желания голоса. ― Твоя кровь… Это, безусловно, лицо недостойной женщины. И да, я нахожу его соблазнительным. Ты довольна тем, что скомпрометировала меня? Не будь высокомерной.
Рейджи резко входит в нее двумя пальцами. От неожиданности, она вскрикивает, а Рейджи усмехается. Он продолжает двигать пальцами внутри Ро, от чего она в который раз закрывает глаза, а слова вновь теряются где-то внутри, хотя Венн прекрасно знает, что он хочет, чтобы она сказала. Его губы касается места, где челюсть соединяется с шеей, прямо под мочкой уха. Рейджи знает, что это слабое место его любовницы. Он довольно усмехается на ее хриплый стон.
― Отдайся мне. Твоему аромату в последнее время невозможно противостоять. Ещё пытаешься сдерживать свои желания? Нет, я не хочу, чтобы ты сопротивлялась мне. Не стесняйся подать свой голос. Позволь мне слышать те звуки, которые ты будешь издавать, когда я возьму тебя.
Резко вынув из нее пальцы, Рейджи подхватил Ровенну под бедра, приподнимая, со стола заставляя обвить ногами его талию. Мягкие, сладкие и такие родные губы касаются ее. И это не нежный или мягкий поцелуй. Это страсть. В нем скопилась вся страсть и похоть, существующая в людях, вампирах, демонах.
Он снимает с Ровенны блузку и кидает куда-то в сторону.
― Я хочу видеть, ― срывавшимся от возбуждения голосом, шепчет Ровенна. ― Хочу видеть тебя. Хочу, ― громче сказала она, распахивая белёсые глаза и смотря туда, где по ощущениям было его лицо.
― Это не самое важное сейчас, ― раздраженно шипит Рейджи, на несколько секунд отпуская ее и раздеваясь сам. Когда его штаны и рубашка были сняты и кинуты в конец комнаты, а несчастный лифчик висел на люстре, Рейджи резко входит в нее, медленно начиная двигаться. Ровенна изгибается и стонет.
Рейджи целует ее, чем вызывает в громкий стон удовольствия. Он ухмыляется и начинает двигаться быстрее, кусая чужой язык. Ро громко стонет, когда он кусает, а затем целует самое слабое место. Через мгновение раздался звук рвущейся под натиском клыков кожи, слегка напоминающий хруст, и до неприличия громкий стон, сорвавшийся при этом с губ девушки.
***
Ровенна немного неуверенно касается бинтов и медленно развязывает. Она прикасается к глазницам. Глаза были полностью, уничтожены, но за полтора дня восстановились сами глаза. Рейджи сказал, что в них появляются зрачки и оттенок глаз, но девушка до сих пор не могла различать день сейчас или ночь. Передвигалась она только с помощью Назлы или Рейджи. Последний больше не заговаривал о нападение, но Ровенна знала, что у Рейджи есть мнение на этот счет. Назлы же говорила об этом много, но она не могла найти виновного. Финник тоже. Поэтому Ровенне оставалось ждать, когда зрение к ней вернется и закончить с этим самой.
Этим вечером Рейджи вызвал к себе Карл. Ро не понравилась перспектива остаться без любовника, но Рейджи не стал перечить отцу.
Девушка наконец-то смогла разобраться в своем неудобном положение, и ориентировалась в особняке с необычайной ловкостью. И все равно, она ощущала молчаливое наблюдение за ней других братьев, если Рейджи и Назлы не было рядом.
Служанка уже была освобождена, Ровенна собиралась спать. Рейджи еще не вернулся, поэтому девушка сама собиралась менять повязки. Вампир смог создать какую-то жидкость, которая ускоряла возвращение глаз, теперь же Ровенна мазала глаза специальной смесью для восстановления зрения.
― Ровенна.
Девушка отложила повязку и посмотрела себе за спину. Опять этот голос. Вампирша усмехнулась.
― Пришла добить меня, сучка? Давай, вперед.
Но раздался лишь тихий смешок и скрип половиц. Тихо скрипнула дверь, и некто легко вышел из комнаты. Ровенна прислушалась ко всем ощущениям, как хищник на охоте: запах знакомый, но узнать его сразу было нельзя, цокот каблуков, значит женщина. Шорох одежды ― одета во что-то длинное.
Ровенна вышла их комнаты и, опираясь на стены, пошла за неизвестной. Она могла в любой момент позвать кого-то из братьев, но теперь ей овладело грубое любопытство ― кем была та, что осмелилась поднять на нее руку. Живот внезапно скрутило от боли, и девушка, которая шла, опираясь на стену, остановилась. Она вдохнула чуть больше воздуха, внезапно нахмурившись. Она могла ошибаться, но чуткий нос вампирши уловил знакомый аромат ― горящая полынь и ладан. От последнего зажгло в легких, а во рту появился противный привкус. Сакамаки подавила рвотный рефлекс. Согнувшись, она слабо застонала.
― Больно? ― раздается насмешливый голос. Ровенна резко разворачивается, но зажатая в кулак рука проходит сквозь нападающей, не причиняя вред.
― Ты всегда была трусихой, ― Ро высокомерно усмехается. ― Можешь сражаться, только когда я беззащитна. В прошлый раз, помнится, ты вырвала мне легкие.
Раздается раздраженное шипение. Ровенна отклоняется от удара. Движения выходят немного неловкими из-за болей в животе и слепоты, но все остальные чувства на высоте, так что девушка почти не ощущает неудобств.
― Когда я была беременна, живот болел от начала и до самых родов. Даже в виде эмбриона наши дети очень сильные.
― Заткнись, ― шипит Сакамаки. ― Я не беременна.
― Конечно, ― смеется тень. ― Этого быть не может. Я избавлю тебя от вынужденного материнства.