Развеселившись, Джо подошел ближе:
– Ты не должна ее забирать.
– Знаю, просто… – Я коротко и неверяще рассмеялась. – Почему-то не могу смириться с
тем, что оставлю ее здесь.
– Оставь ее пока в приюте и прими решение завтра, – посоветовал Джо. – Ты в любом
случае сможешь вернуться.
– Если я не заберу ее сейчас, то уже не вернусь. – Я держала Коко на коленях, поглаживая
собачий мех и безмолвно удивляясь тому, что делаю. А чихуа свернулась маленьким
клубочком и закрыла глаза.
Джо сел рядом и обнял меня за плечи, молча давая время все обдумать.
– Джо? – спросила я через пару минут.
– Да?
– Ты можешь назвать хоть одну причину, по которой мне стоит взять вот эту собаку? Хоть
какую-то? Потому что она недостаточно большая, чтобы защищать, и мне точно не нужна
ни собака-поводырь, ни пастух для овец. Обоснуй, пожалуйста.
– Вот тебе целых три причины: во-первых, собака будет безоговорочно тебя любить; во-
вторых, общаясь с ней, снимешь стресс; в-третьих… – Его рука соскользнула, он
развернул к себе мое лицо, обвел большим пальцем подбородок. Заглянул в глаза,
улыбнулся и добавил: – Черт возьми, сделай это просто потому, что хочешь.
По пути домой мы остановились в зоомагазине, чтобы купить предметы первой
необходимости и корм. Еше я приобрела сумку-переноску с сетчатыми вставками по
бокам и мягкой подстилкой внутри. И как только положила в нее Коко, она сразу же
высунула голову через отверстие наверху и стала оглядываться. Вот так я стала женщиной
с карманной собачкой. Но вместо того, чтобы выбрать пушистого померанца или
карликового пуделя, остановилась на беззубой чихуахуа.
Когда мы приехали, в студии было тихо и пусто. Джо достал из машины и принес в дом
все мои покупки, включая коробку самых лучших и дорогих консервов для собак и домик
для сна. В домик я положила пенопластовый коврик с мягким одеялом поверх, и Коко с
удовольствием туда заползла.
– Лучше всего ее сейчас искупать, – вслух подумала я, – но волнений ей пока хватит. Так